Избранница принца Ночи

— Полог тишины поставь, — сказала Диана, едва они остановились возле балюстрады.

— Уже. Так что стряслось? — в зелёных глазах читалось беспокойство.

— Ты спрашивал, где я пропадала? В парке. Там меня твой братец хотел изнасиловать!

— Что?! Ты в своём уме?! — неподдельно возмутился он. — Если это шутка, то, сразу скажу, крайне неудачная.

Не поверил. Ну вот так она и знала!

Стало ужасно обидно. Слёзы опять запросились на глаза.

Хотя, конечно. Эдвард – родной брат, а она – кто вообще такая?

— Нет, Макс, это не шутка, — произнесла Диана как можно спокойней.

— Разве такими вещами шутят?!

Мужчина внимательно вгляделся ей в глаза. Взял за плечи.

— Но ты говоришь о том, чего априори не может быть. Эд и насилие – это просто несовместимо, — его убеждённостью можно было резать металл. — Я уже не говорю о том, что к тебе он бы и пальцем не прикоснулся ни при каких обстоятельствах.

— Макс, но это было! — взвыла Диана, глотая слёзы. Как же ему доказать? Тем более что наглый кобель разгуливает по замку с таким видом, будто вовсе сегодня не приближался к ней.

— Клянусь, Эдвард пытался взять меня! Не знаю, может, его от вашего проклятого зелья так накрыло! — решила она дать ему намёк на смягчающее обстоятельство. В конце концов, по поводу причин выходки пусть Макс сам с братом разбирается. Главное, чтобы ей поверил!

Максимилиан притянул её к своей груди. Крепко сжал в объятиях.

— Подожди.

Успокойся. Расскажи толком, что случилось, — мягкие губы касались её волос на макушке. — Быть может, ты что-то неверно истолковала...

— Да нет, Макс, — разозлившись, Диана вскинула голову, — неверно истолковать что-либо там было попросту невозможно! — её снова буквально затрясло – от обиды на его неверие и от воспоминаний.

— Хорошо, — Максимилиан успокаивающе поглаживал её по спине. — Но ты всё же расскажи от начала и до конца – во всех подробностях.

Диана медленно вдохнула и выдохнула, стараясь справиться с эмоциями.

— Когда ты ушёл, я осталась здесь, на террасе. А потом появился Эдвард. Сказал, что хочет о чём-то со мной поговорить и повёл в парк.

— И о чём же он хотел поговорить? — спросил мужчина.

— Понятия не имею. Потому что заведя в глухой уголок парка, он молча притиснул меня к стволу дуба и накинулся с яростными поцелуями. — Бровь Максимилиана изумлённо поползла вверх.