Избранница принца Ночи

В груди больно кольнуло, а рот сам собой ядовито выдал:

— Вам же нельзя влюбляться.

Ну вот, в очередной раз заложила свои эльфийские ушки. А впрочем, пусть. Сколько уже можно мучиться этим проклятым вопросом!

Диана замерла, как приговора ожидая, что он ответит.

Несколько секунд Макс молчал, отведя взгляд в темноту сада. Но потом опять повернулся к ней:

— Только до инициации. Да и не то чтобы прямо нельзя – скорее, крайне нежелательно. Только теперь рассуждать об этом уже поздно, — вздохнул он, улыбнувшись одними губами.

— Почему поздно? — с трудом вымолвила девушка неожиданно севшим голосом.

— Потому что, как говорят у вас, поздно пить боржоми, когда почки отвалились, — мужчина протянул руку, коснулся её щеки и провёл подушечкой большого пальца по скуле. — В смысле, глупо вспоминать о недопустимости того, что уже случилось.

Тёплые губы накрыли её рот. У Дианы закружилась голова. Рука мужчины обхватила её за талию, а другая продолжала поглаживать лицо.

Целовал он нежно, со вкусом, лаская то одну губу, то другую.

Руки поднялись помимо воли и с наслаждением зарылись в его густых волосах.

— Неужели ты сама не видишь, что сводишь меня с ума? — вдруг прошептал Максимилиан, обнимая крепче.

Диана не знала, что ответить. Конечно, она надеялась, что нравится ему, временами даже находила этому подтверждения. Но вот уверенности, столь желаемой уверенности не было.

Сердце бешено стучало в груди. Это же признание. Самое настоящее признание. Он совершенно точно неравнодушен к ней!

Казалось, ночь расцветили невидимые фейерверки.

— Ты тоже сводишь меня с ума, — в конце концов выдохнула девушка ему в губы.

Поцелуи вмиг стали жарче, а объятия ещё тесней.

Ему также было важно услышать от неё эти слова!

Диана задыхалась от нахлынувших чувств и от близости его восхитительного сильного тела. По венам растекалась лава сумасшедшего желания.

Нет, стоп, так нельзя – у них же целибат! А Макс явно тоже заводится всё больше.

Но от его инициации слишком многое зависит. Судьбы всех магов и оборотней.

Собрав в кулак всю волю, девушка всё-таки отстранилась.

— И ты действительно держался всё это время, до тридцати лет, ни разу ни в кого не влюблялся? — спросила она лишь ради того, чтобы разрушить ауру их взаимного безумного желания.

Тяжело дыша, Максимилиан с трудом расцепил объятия. Да, он тоже прекрасно понимает, что дальше заходить они просто не имеют права.

— Действительно, — мужчина на мгновение прикрыл глаза.