Избранница Звездного лорда

Но… – Вайера тряхнула головой и посмотрела мне в глаза. – Я вынуждена настаивать на присутствии родственников. И лучше, если блок снимут они… Даже не так, я настаиваю на том, чтобы не вы, а…

– За кого вы меня принимаете? – прошипел я.

– Простите. – Целительница опустила голову. – Простите, лорд аль Кахар.

– Медок, охраняй Атенаис и Корвина. Леди Тайра, вы останетесь под наблюдением и защитой айсе.

Прежде чем покинуть покои, я прошел к Атенаис. Убрал локоны с ее лица, оставил целомудренный поцелуй на лбу и укрыл одеялом.

Ритаска… несовершеннолетняя, не прошедшая посвящения – и наследница к тому же!

Я пока могу лишь гадать, что побудило Димитру так поступить со своей семьей и со мной, но чего я не смогу понять, так это того, как она могла так поступить со своими детьми!

В своем кабинете я в очередной раз попытался связаться с друзьями. Как и предполагалось, ответа не последовало. И теперь я точно знал почему. Сложно не догадаться, когда неожиданно узнаешь о спонсоре мальчика-сироты.

И уж совсем не остается загадкой, кому совершенно невыгоден мой интерес к двум подопечным. Велар аль Марито. Остается лишь один вопрос: покрывал его Тарим аль Натор или был в таком же неведении, как и я?

Три часа назад, когда я вышел из комнаты Атенаис, давая ей время на общение с братом, первым делом отослал весточку их деду. Уже тогда я понял, кто они и кем приходятся Рикару аль Таиму. Но все же требовалось подтверждение.

Я отослал ему всего три слова: «Договор не нарушен», однако был уверен, что старый интриган правильно поймет послание и явится ко мне инкогнито.

Он действительно не нарушен, просто моей невестой стала не дочь, а внучка!

А после этого Микелл принес документы. За время нашего полета о Корвине было выяснено все и даже больше. Вряд ли он знал, кто столько лет покровительствовал ему. А я, лишь увидев имя друга, все понял.

Сложно не понять. Особенно когда через неделю после исчезновения твоей невесты пропадает младший брат друга! А спустя время клан объявляет его мертвым, но отказывается проводить традиционный ритуал, отговариваясь тем, что он погиб как собака и недостоин благословения на путь перерождения.

Моя злость взяла верх. Сейчас я походил на раненого зверя, которому причинили нестерпимую боль. Сила моей ярости была такова, что я сумел пробраться в голову Тарима аль Натора.

– Передай Велару, что я все знаю, пусть налаживает связь.