Избранное

 – Ты это, пока я тут по хозяйству, шалаш устрой, что ли? Смотри, с девки ручьем льет!

– И когда это я еще и нянькой заделаться успел? – проворчал я, но взялся за дело.

Шалаш на двоих – дело несложное, я управился как раз к тому моменту, как вернулся совершенно мокрый Золот с охапкой хвороста, а Хадрисс закончил резать оленину.

– Запаливай, – сказал он мне. – А я пойду помоюсь и кости подальше выкину.

Я видел, что на одной оленьей ноге осталось предостаточно мяса, и понимал, что это означает: Хадрисс собирался перекусить подальше от остальных.

Ну, это не мое дело, а его еще стоит поблагодарить за проявленную душевную чуткость: не уверен, что Злата не полезла бы с визгом на дерево, примись Хадрисс с хрустом грызть хрящики…

– Он вроде совсем не злой, – произнесла Эсси, до сего момента хранившая молчание.

– Оборотни вовсе не обязательно тупые чудовища, – ответил я, прикрывая ладонями слабый огонек.

– А откуда ты его знаешь?

Я покосился на нее через плечо и ответил правду:

– Погоди! – Эсси придвинулась ближе и заглянула мне в глаза. – Но ты ведь тоже человек! Странный, но не настолько, как Хадрисс! О чем же ты говоришь?

– Пойду коня напою, – сказал я громко, взял Везунчика под уздцы и повел прочь. – Золот, за огнем смотри! Погаснет – сам разжигать будешь!

– Ты не хочешь, чтобы они слышали? – спросила Эсси.

– Потрясающая догадка. Тебе бы в прорицательницы податься, цены б не было.

– Не смейся! Я ведь ничего не знаю о том, что тут творилось все эти годы…

Я промолчал и не произнес ни слова до тех пор, пока мы не добрались до ручья.

– Эсси, – сказал я наконец. – В твое время о смертознаях слыхали?

– Конечно, – ответила она удивленно. – Они с дальнего юга, их много было, и с ними все время воевали. Я даже могу вспомнить, с кем именно и когда. Ну, у нас их не бывало, только вербовщики часто появлялись, искали солдат, но никто не хотел идти.

– Ну, продолжай, – подбодрил я, – ты все верно рассказываешь.

– Там были такие, как Хадрисс? – тихо спросила она. – И… ты тоже? Тоже пошел в такую армию?

– Но зачем?! – воскликнула она.

– Так получилось, – уклончиво ответил я. – Я был… так, серединка на половинку. То ли простой бандит, то ли наемник. А смертознай платил отменно.