Избранное (ЛП)

Но моя правая рука, в которой я держал рюкзак с коньками, оставалась свободной; я махнул им себе за спину, почти на всю длину лямки, и почувствовал, что мой слепой удар попал в цель. Прежде, чем я смог обернуться, я почувствовал, как железная хватка на моем горле ослабла, и что-то свалилось на куст, ставший для меня непреодолимым препятствием. Я вскочил на ноги и обернулся.

Она лежала, дрожа и дергаясь. Лезвие одного из моих коньков, прорезав тонкую ткань рюкзака, ударило ее в висок, откуда хлестала кровь, но в ста ярдах я мог различить еще одно подобное существо, прыжками двигавшееся по моим следам.

Меня вновь охватила паника, и я помчался вниз по ровному не потревоженному снегу, к огням деревни, уже видимым вдали. Я мчался, не останавливаясь ни на мгновение, пока не оказался в безопасности среди людских жилищ. Я бросился к двери отеля и принялся кричать, чтобы меня впустили, хотя достаточно было повернуть ручки и войти; внутри, как и в тот раз, когда Ингрэм рассказывал мне свою историю, играл оркестр и слышался звук голосов, и сам он тоже был там; он поднял голову и быстро поднялся на ноги, когда я с грохотом ввалился внутрь.

- Я тоже видел их, - кричал я. - Взгляните на мой рюкзак. Видите, на нем кровь? Это кровь одного из них, женщины, ведьмы, она на моих глазах оторвала ногу серны и преследовала меня через этот проклятый лес. Я...

Я ли это повернулся, или комната, в которой я находился, принялась вращаться вокруг меня, но я услышал звук падения собственного тела, а в следующий момент, когда я пришел в сознание, то обнаружил, что лежу в постели.

Рядом со мной находился Ингрэм, сказавший мне, что я в полной безопасности, и еще один человек, мне незнакомый, который сделал мне укол и что-то сказал мне...

День или два спустя я смог внятно рассказать о своем приключении, и три или четыре человека, вооруженные, отправились по моим следам. Они обнаружили занесенный снегом куст, о который я споткнулся, кровь, перемешанную со снегом, и, следуя дальше, наткнулись на мертвую серну, с оторванной задней ногой и пустой глазницей.

К сожалению, это все, что я могу привести в подтверждение своего рассказа; моя преследовательница либо была всего лишь ранена, либо, если мой удар все-таки убил ее, унесена своими соплеменниками... Так или иначе, те, кто с недоверием отнесся к моему рассказу, могут сами обследовать пещеры Унгехойерхорна, и тогда, быть может, с ними произойдет то, что заставит их в него поверить.