Избранные произведения. Том 6. Проклятые

— Люди бьют нашего врага сколько хватает их сил. Если можно прочитать их мысли, то будет ясно, что они презирают Амплитур, а также за что они стоят. Я не вижу, каким образом они опасны для нас.

Он думал о том, оказали ли помощь Кальдаку психотехники? Было известно, что он тяжело перенес утрату подруги год назад.

— Люди опасны, — повторил Кальдак.

— Да. Для Амплитура и Криголита. — Аренон с удовольствием улыбнулся. — Я сам видел, как раненый человек напал на молитара и победил его. Этому не поверишь, пока не увидишь сам.

— Говорю я вам: с моей психикой все в порядке! — нос и бакенбарды Кальдака стали дергаться.

— Но вы пережили много ужасного. — Гузвемак поднялся.

— Душа, так же, как и тело, может пострадать от травмы.

Кальдак выпрямился в кровати.

— Послушайте! Я чувствую себя так же, как и вы. Когда-то я и сам так думал об этом.

— Вы славитесь своей уникальной немассудской способностью анализировать, — сказал Аренон. — Вполне понятно, что у вас недавно было время для размышлений.

Два офицера поднялись и пошли к двери, которая приоткрылась перед ними.

— Из уважения к вам мы сообщим ваши соображения.

— Медицинскому персоналу? — саркастически спросил Кальдак. Ясно, что его слова не произвели должного впечатления.

— Соответствующим группам. — тихо ответил Гузвемак.

Когда они ушли, Кальдак понизил положение кровати и стал глядеть на голубоватый потолок. Бесполезно сообщать свои опасения другим.

Он запомнил слова Аренона: может быть, с’ваны больше прислушиваются к нему? Мало участвуя в битвах, они не так поражены достижениями людей. Может быть, скептически, но выслушают. Если бы ему удалось склонить некоторых из них к размышлениям…

В день выписки к нему с визитом пришел гивистамский врач. Он ожидал этого, но только не этого врача.

Это была та самая женщина, с его корабля, некогда пострадавшая от реакции Уилла Дьюлака на искусную ментальную пробу.

Хотя не ему было судить о здоровье гивистамов, он понял, что прошедшие годы не прошли для нее даром. Слишком много шрамов было на ее шее и на грациозной голове. Тени под глазами были темными и некрасивыми.

На ней была элегантная светло-зеленая форма действительного врача, с нашивками и знаками отличия на плечах. Входя, она проверила воздух в комнате (инстинктивная реакция ее расы).

— Почитаемый командир Кальдак! Вы узнаете меня?

— Да.