Прочитав ответ «журнала», Гарри опять улетел в «нирвану», на автомате помыв за собой посуду, раковину и протерев стол.
Вернув журнал в исходное положение, мало ли зачем тётка его оставила, раскричится с самого утра, оно ему надо? Гарри направился в свою комнатушку, усиленно обдумывая рекомендации по исправлению печального положения, всё так же предложенные разработчиками теста.
Он на автомате сел за расшатанный письменный стол и окинул столешницу взглядом.
Пусто.
— Хм…
Ни пергамента, ни пера… Да и зачем они ему? Ему всего лишь нужен клок бумаги, которой, впрочем, тоже не имеется.
Как и простого карандаша или обычной шариковой ручки. А ведь в этом году впервые с начала учёбы в Хогвартсе у него не отняли сундук. Но этот сундук так и был запнут под кровать не распакованным.
Гарри его достал, открыл и озадаченно уставился на клубок непонятно чего в его нутре. Парень привычным жестом взлохматил своё воронье гнездо на голове. На «прочёс пятернёй» ЭТО не реагировало никак, а от расчёски волосы начинали торчать во все стороны ещё больше, наэлектризованные трением.
Хоть за гель берись, как вечно прилизанный Малфой.
«Может, у него такая же проблема? — непонятно с чего вдруг вспомнился хорёк. — Да и папаша его вечно длинной гривой метёт. А ведь это вариант! Отрастить и завязывать в хвост! Точно! Вон и хорь на этом курсе распустил свои патлы, они уже гораздо длиньше, чем были на первом курсе… А у меня почему не растут? Я ж, вроде, и не стригся ни разу… с того самого… Ага…»
Гарри повернулся к шкафу и открыл дверцу, на которой с внутренней стороны было прикреплено узкое зеркало.
«Странно… — снова мысленно хмыкнул Гарри. — С того самого раза, как Тётя побрила меня налысо, прошло уже больше семи лет, а шевелюра как отросла за одну ночь до вот этого… Так и осталась».
— Это же… не нормально? — неуверенно спросил он сам себя, не совсем зная, что в его случае можно считать нормальным, а что нет.
Но всё же у того же Рона за эти пять лет волосы отрастали и миссис Уизли каждое лето с каким-то остервенением их у ребят обкрамсывала.
И даже облизывалась на длинные патлы своего старшего сына Билла, только тот уже давно был совершеннолетним и тем более жил отдельно.
Гарри поправил ломаную-переломанную оправу своих круглых очков. На них уже даже «Репаро» в исполнении Гермионы не действовало и они опять были перетянуты прозрачным скотчем аки гусеница.
«А собственно почему?..
