А Вы! Вы за последние два года спустили на ветер более тридцати тысяч галеонов…
Ошарашенный таким напором, Гарри переглянулся с Гермионой.
— Ваше попустительство в делах Рода привело к…
— Так, стоп, уважаемый Крюкохват, — вступился за мальчишку мистер Грэйнджер. — Мы уже поняли ваше недовольство мальчиком, но мне, как и ему, хотелось бы услышать конкретику ваших обвинений, учитывая, что Гарри ничего об этих делах Рода и знать не знает.
— Возмутительно! — пропыхтел гоблин. — Как он может не знать, если сам постоянно возвращает все мои запросы с припиской обращаться к его опекуну! Но я не могу! Это не по правилам банка! Какой опекун у совершеннолетнего…
— П-простите, какие запросы?! — запинаясь, вставил свои пять кнатов Гарри.
— К-какие тридцать тысяч?! К-какое совершеннолетие?! Мне всего пятнадцать! Пока ещё…
В кабинете повисла тишина, которую прервал мистер Грэйнджер:
— Давайте по порядку от последнего. Почему Вы назвали Гарри совершеннолетним?
— Но это же очевидно! — воскликнул гоблин.
— Мне? Нет, я магл. И насколько мне помнится, в магическом мире совершеннолетие наступает в семнадцать лет. Именно на этом основании моей дочери отказали в открытии сейфа.
— Вы магл, правда, и поэтому Вам простительно, мистер…
— Алек Грэйнджер, а это моя дочь — Гермиона Грэйнджер.
— Мистер Грэйнджер, но мистер Поттер не маглокровный волшебник, и должен знать нюансы своего положения, как сироты, имеющего Титулованный Род. Опекун…
— Мальчика воспитывали маглы, мистер Крюкохват, а не его магический опекун, — пёр вперёд Алек, уже относительно разобравшись с тем клубком, что вчера и сегодня на него вылила дочь, а потом и сам Гарри.
Мальчику действительна была необходима помощь взрослого и опытного человека, которому будет не безразлично, что получится в итоге. Даже просто взрослого, который этот магический мир знает постольку-поскольку и только со слов дочери. Но судя по всему, его тёте и дяде, из дома которых мальчика забрали Грэйнджеры, было всё фиолетово, а по рассказам дочери они вообще ненавидели всё, что связано с магией, а теперь вот стало понятно, что и опекун не желает, чтобы мальчик знал то, что ему положено знать, ради своих каких-то целей.
Пока что проглядывалась явная линия мошенничества с наследством одного отдельно взятого мальчика. Впрочем, не такая уж и редкость и в магловском мире, где такие ситуации выявляются сплошь и рядом. Но как подозревал мистер Грэйнджер — только пока.
