Избранный

Когда их взгляды встретились, Лейла четко осознала, что они находились наедине… и в это мгновение она позволила себе фантазию о том, что это — их дом, наверху спит их малыш, и у них появилось свободное время, чтобы насладиться компанией друг друга.

— Мне нужно уходить. — С этими словами Кор поднялся и взял с собой поднос. — Я… должен уйти.

Лейла встала, обнимая себя руками.

— Хорошо.

Она хотела полняться за ним наверх. А потом что? Ну, может, они разделят долгое объятие, за которым последует прощание, которое убьет ее…

Кор поставил поднос.

Когда он обошел стол и раскрыл руки, она бросилась ему в объятия. Прижимаясь к его телу, она цеплялась за него изо всех сил. Было ужасно чувствовать выступающие кости, истощенные мускулы, но когда она повернула голову и прижалась ухом к его груди, то услышала сильное, ровное сердцебиение. Мощное.

Его руки, такие большие, такие нежные, поглаживали ее спину.

— Так безопасней для тебя, — сказал Кор, уткнувшись в ее волосы.

Отстранившись, Лейла посмотрела на него.

— Поцелуй меня. Единственный раз, перед тем, как уйдешь.

Кор закрыл глаза, словно от боли. Но потом он обхватил ее лицо руками и наклонился к ней… губы мужчины замерли в нескольких миллиметрах от ее рта, и он прошептал на Древнем Языке:

— Мое сердце принадлежит тебе. Где бы я ни был, оно в твоих руках, во тьме ночи и при свете дня, в часы бодрствования и сна. Всегда… с тобой.

Последовавший поцелуй был подобен дуновению ветра, тихий и мягкий, но теплый, такой теплый. И когда Лейла подалась к нему всем телом, Кор обхватил руками ее талию и прижался к ней бедрами.

Мечты. Она столько мечтала, в своих мыслях придумывала ситуации, как он придет к ней, разденет ее и подомнет под себя, заполнит ее тело собой. Бесчисленное множество фантазий, одна нереальней другой, и во всех они занимались любовью — на улице, в ванной, на заднем сидении автомобиля, под их деревом на лугу.

Ее сексуальная жизнь не существовала в реальном мире, но в ее воображении она процветала.

Но этому не суждено случиться.

Кор отстранился, хотя она чувствовала, что он противился инстинкту отметить ее. Воистину, от него исходил связующий запах, аромат темных специй наполнил ее нос, возбудил также сильно, как и ощущение его эрекции, его тела, рук и губ."

"— Я не могу взять тебя, — сказал он хрипло. — Я и так навлек на тебя достаточно бед.