Избранный

Казалось, Лейлу никогда не волновало его уродство, она не обращала на дефект внимания и не считала Кора недостойным из-за этого… тем не менее, одежда была маской, которую он предпочитал носить в присутствии Лейлы. Когда он пытался отвратить ее от себя, все было иначе, ведь тогда он хотел оттолкнуть ее своим уродством, надеясь, что она отвернется и прекратит мучить их обоих. Но сейчас…

Всю жизнь его отвергали. И все это не имело бы значения, если бы она отступилась от него…"

"Лейла опустилась на колени с грацией лунного света, льющегося с небес на землю.

Подавшись к его ладоням.

Она вытянула язычок…

… и медленно облизала средний палец на его правой руке.

Ее язык был влажным, таким влажным и мягким, мягким как бархат. И Кор привалился к стенке душевой кабины.

Лейла посмотрела ему в глаза, повторив движение… а потом втянула его палец в рот.

— Лейла… — взмолился Кор.

Один за другим, она облизала все его пальцы, ослабляя тем самым хватку на члене, лишая сил до такой степени, что его руки выпустили эрекцию не потому, что он приказал им, но потому что не было никакой возможности удержать их на месте.

Освобожденный, его член гордо выступил из бедер, от льющейся воды его плоть гордо блестела. Боги, он желал того, что она собиралась сделать, жаждал ощутить ее губы на головке, стволе, хотел, чтобы она вобрала его и…

— Дьявол, — выдохнул Кор, когда она взяла его в рот.

Она не смогла принять весь его размер. Лейла сосредоточилась на головке, поддразнивая его, отступая, потом снова вбирая в себя… и когда он решил, что сойдет с ума, она вытянула язык и обвела им вокруг головки, медленно, мучительно медленно. И все это время ее зеленые глаза были обращены к нему, вода лилась на нее, стекая с груди, падая на живот, исчезая в расщелине между ног.

Кор пытался ухватиться за что-нибудь, что угодно, чтобы удержаться на ногах, его рука скользнула по стеклу, но смогла упереться в мраморную стену.

— О, Лейла, Боже… — Кор закрыл глаза. — Это слишком…

Но она не остановилась. Она, наконец, вобрала его в себя целиком, должно быть, до самого горла.

Он должен это видеть. И когда он увидел, как широко раскрылись ее губы, обхватывая толстый ствол, то сразу кончил.