Метнувшись в спальню, я дрожащими руками достала зелье и принялась лихорадочно обмазываться им.
Побольше на лицо, на грудь! Чтоб увидели и в ужасе сбежали. Неужели своему кучеру не поверили?
Наскоро обмазавшись, я вытерла с себя излишки и плюхнулась на кровать. Затем вскочила, наскоро смочила водой первую попавшуюся тряпку и снова легла.
Взобралась под одеяло и, положив на лоб влажный компресс, принялась ждать действие зелья.
С улицы потянулись властные и низкие голоса королей. Они требовали, чтобы их впустили.
Голос Роззи дрожал, но она отлично справлялась со своей задачей. Говорила, что я тяжело больна, что мне нужен покой, что мне нельзя никого видеть.
— Мы позаботимся об Ириане, — прорычал Верс, и видимо уже хотел войти в дом, как вмешалась белка.
Я не видела, что она делает, но, когда услышала недоуменный вопрос от Лириана:
— Зачем она нам орехи тянет? – я поняла, что Персик вовсю тянет время, используя все свое очарование. Попробуй отказать такой пушистой милашке.
"
"Наконец, когда зелье подействовало, дверь в мою комнату с грохотом распахнулась. На пороге возникли короли. Они тут же метнулись к моей кровати, и обеспокоенно глядя на мои жуткие пятна, спросили, как я себя чувствую.
— Мне так плохо, — едва слышно произнесла я, словно находясь на грани смерти.
В детстве я занималась хореографией, и у нас были уроки актерского мастерства. Поэтому, прикинуться больной мне было не сложно.
— Я едва… — я сделала вид, словно задыхаюсь, — дышу.
Верс, без опаски, потянулся пальцами к моей щеке, но я его опередила.
— Не трогай, — прохрипела я, — это может быть заразно.
— Я-дракон, — сурово произнес Верс, — я ничего не боюсь. Ни одна болезнь не сможет меня сломить.
Он всё-таки погладил меня по щеке, и я, сама того не осознавая, блаженно прикрыла глаза.
Что я творю?! Я должна быть неприступной, я должна оттолкнуть их, а не плавиться от их прикосновений!
— Как тебе помочь? — обеспокоенно поинтересовался Лириан, окидывая взглядом мою комнату.
И тут я заметила, как он задержался на моей натянутой гирлянде из нижнего белья и чулок.
Еще позавчера постирала и повесила сушиться. А снять… забыла.
Вот так стыдоба!
Лириан ухмыльнулся. Смешно ему значит! Я тут вообще-то страдаю, а он трусы мои рассматривает…
— Неделя, — прошептала я. — Мне нужна неделя покоя.
Короли как-то странно переглянулись.
— Я же говорила, что столичный воздух… — я закашляла, — мне не подходит.
