И кому неймётся против драконов идти? При них всё по чести решается.
– Ну это обычное дело, – вздыхаю я. – Даже когда власть справедливая, обязательно найдётся кто-нибудь, кто захочет забраться повыше за счёт других. И если власть будет слишком добра к злоумышленникам, то долго ей не продержаться.
Слышу за спиной скептическое хмыканье Рейкена.
И у меня неожиданно появляется сомнение. Да, он только что прикрыл меня собой. Но ведь это может свидетельствовать и о том, что он отлично знает, кто я такая. Что, если его ко мне приставили? А кому я могу понадобиться? Ксаррену? Муж Алтеи не стал бы церемониться.
Он ведь подозревал меня в том, что я собираюсь убить ребёнка.
Внутри меня проходит волна дрожи при одной мысли о том, что мать может поднять руку на собственное дитя. Ксаррен, найдя меня, скорее всего, моментально приказал бы меня схватить, хотя бы для того, чтобы обезопасить своего сына.
Но что, если он из другого лагеря, подослан теми, кто против драконов? Думать об этом неприятно.
Рейкен за эти дни показал себя как надёжный человек, которому можно доверять. Но что, если в этом и цель?
Мы уже подходим к пекарне, а я всё кручу и кручу внутри себя эти мысли. Как же хочется, чтобы рядом оказался человек, которому я смогла бы безоговорочно доверять.
В нашем дворе перед пекарней стоит не меньше десятка человек, и моё сердце испуганно подпрыгивает к самому горлу. Что ещё случилось.
– Нира Летиция, – выходит вперёд женщина, которая ежедневно забегает ко мне за хлебом с утра, а вечером второй раз к последней выпечке сладких булочек.
– Мы тут все решили сразу с площади забежать к вам, чтобы потом уже со свежими вкусностями ужин готовить.
Выдыхаю. Вот я накрутила себя размышлениями. Скоро собственной тени буду бояться.
– Сейчас, сейчас, – отвечаю я. – Как раз перед тем, как на площадь идти, достала последнюю партию пирогов из печи.
Я поворачиваюсь к входу в пекарню и вижу на крыльце Рейкена. Он стоит и читает какую-то бумагу. А потом поднимает глаза на меня.
И мне почему-то начинает казаться, что эта бумага как-то связана со мной.
И действительно, когда я отпираю дверь и прошу посетителей пройти внутрь, а сама чуть медлю на крыльце, Рейкен протягивает мне бумагу, а сам наклоняется ко мне и негромко говорит так, чтобы никто не услышал:
– Вы все еще думаете, что в прошлый раз это были простые грабители?
Глава 49
Беру бумагу одной рукой, и она дрожит в пальцах так, что прочитать почти невозможно.
