Да и кому вообще в такую рань может приспичить прийти сюда?
– Доброго утра, нира Летиция, – наглый взгляд Рейкена проходится по мне, отмечая, что я уже не просто встала, но и успела поработать. – Не спится?
– Вам, я вижу тоже? – отзеркаливаю я.
Солнце уже встает над горизонтом и сейчас подсвечивает стоящего на пороге помощника плотника. Высокий, широкоплечий, с топором за поясом и плотницкими инструментами в руках. В его присутствии воздух словно становился тяжелее, наполняясь неуловимым жаром.
Ответом мне служит лукавая улыбка, но взгляд так и остается колким, внимательным.
– Я решил, что моя помощь будет важна с самого утра, – говорит Рейкен, проходя мимо меня внутрь.
От меня не укрывается удивление в глазах, меняющих свой оттенок от глубокого синего до желто-зеленого (Или это всего лишь игра теней?), когда мужчина видит заготовки для выпечки. Я проверяю, что блокнот я хорошенько припрятала в кармане. Не хочу, чтобы о нем кто-то знал.
Возвращаюсь к печи, наклоняюсь за поленом и… снова вспоминаю, что дров-то нет.
Собираю оставшиеся щепки и забрасываю в печь. Разочарованно выдыхаю, понимая, что надо идти на улицу.
– Кажется, вам нужна помощь не только плотника? Неужели никто из мужчин-соседей не захотел помочь нире… пока ее мужа нет, – немного небрежно бросает Рейкен, оказываясь прямо за моей спиной.
Резко оборачиваюсь.
– Вы снова за свое? – возмущаюсь я. – Кажется, вы сами вчера признали, что ваши шутки неуместны.
Он примирительно поднимает руки ладонями вверх и складывает весь инструмент рядом с печкой, а потом, хмуро покосившись на лавку, подпирающую дверь в подвал, выходит во двор.
Дейр тихонько начинает хныкать, а Мурик мяукать. Ну почему не позвать нормально, раз уж говорить со мной может. Поднимаюсь наверх. Проверяю Дэйра, переодеваю его и забираю с собой вниз, чтобы покормить и поиграть.
А потом останавливаюсь у окна, выходящего во двор. Снаружи доносится ритмичный звук рубки дров. Рейкен, несмотря на прохладу ранней весны, пробирающую даже под теплым плащом, работает без рубашки.
И я невольно рассматриваю, как перекатываются литые мышцы под гладкой, покрытой легким потом кожей."
"Движения Рейкена уверенные, выверенные и экономные. Но создается впечатление, что он привык работать не топором, а чем-то, что убивает… Мечом?
""Да-да, любуйся своим плотником, – доносится мурчащий голос Мурика, устроившегося на подоконнике. – Только помни, что ты “замужняя женщина”, как ты вчера так громко заявляла"".
