Он должен взять, должен почувствовать ее под собой, иначе сдохнет, не вынесет этого огня, этой силы, что принуждала владеть и присваивать. Лавьер видел ее тело, губы, волосы, слишком близко… на расстоянии кисти. Проклятой кисти, которой он мог прикоснуться к ее телу. Пытаясь отвлечься, он опустил голову, глядя на то, что она написала на его груди.
«Я люблю тебя»
Перевел взгляд на ее живот, где темнела его надпись.
«Шер саан, Оникс»
Их взгляды встретились.
И наваждение отступило. Стена снова была лишь фреской.
Нет, желание никуда не делось, оно все еще бурлило в крови, ударяло в голову. Но… но было то, что стало важнее телесного наслаждения.
Они дышали тяжело, почти со стонами, но все же улыбались. Они прошли испытание.
– Значит, любишь? – Ран поднял бровь, рассматривая ее.
– Иногда, – улыбнулась раяна. – Когда не мечтаю тебя убить.
– Надеюсь, чаще, чем раз в год, – хмыкнул Ран.
* * *Ночь они снова провели отдельно.
Улыбающаяся Инабета сообщила, что их ожидает еще одно испытание, но пока можно отдохнуть.
Их вновь развели по разным комнатам, принесли прохладительные напитки, фрукты и закуски.
Лавьер постоял у окна террасы, окидывая взглядом скалы в свете угасающего дня. Легкий шорох в комнате заставил его напрячься и повернуться. В помещение вошли две девушки. У обеих – длинные светлые волосы, изумительно красивые лица и скульптурно вылепленные тела. И на обеих – лишь по клочку тонкой прозрачной ткани, не скрывающей ни пышной груди с призывно торчащими сосками, ни гладких безволосых лобков, ни лори на спинах.
Цветы были открыты, очаровывали пряным запахом, туманили разум.
– Подарок от великой матриарх могущественному аиду севера, – пропела та, что стояла ближе. Плавно опустилась на колени, складывая губы в искушающую улыбку. – Вы можете распоряжаться нами по своему усмотрению, Верховный, – добавила она. – Этой ночью мы готовы выполнить все ваши желания, а завтра забудем о них…
Вторая качнула бедрами, сбрасывая тонкую ткань. Влажные губы блестели от предвкушения, также, как и яркие глаза соблазнительниц.
Ран облокотился плечом о стену. Усмехнулся.
– Я владею лучшей из раян, рожденных в этом мире, – негромко сказал он. – Так к чему мне замены? Передайте матриарх, что я оценил ее дар. Но я сделал выбор и не привык менять свои решения.
Девушки быстро переглянулись.
– Но это наша традиция, – протянула одна. – Мужчина и женщина получают последнюю возможность познать наслаждение в объятиях не своего избранника.
