И тогда, когда узнаю максимум из возможного, за один удар сокрушу эту организацию целиком. Буквально за несколько часов.
— У тебя есть идеи? — внезапно спросил он, присмотревшись ко мне.
Уловил мысль⁈
Я сосредоточился.
Нет, его ментальные щупальца держались от моих мыслей на почтительном расстоянии.
Значит, дело в его проницательности?
— Есть, — кивнул я. — И тебе, как менталисту, будет проще их реализовать. Чем если бы на твоём месте был я.
Он взглянул на меня, делая новую затяжку. Потом на переговаривающихся в отдалении от меня Волхвов.
— Ты не простой. Немного отбитый, — на его лице появился намёк на ухмылку. — Но не простой. Прямо сейчас за нами скорее всего следят. Но это нормально. Ты в бою неплох, насколько я знаю. Но пусть сражениями занимается князь Евгений, — он выкинул окурок в сторону, выдохнул последний дым и подошёл ближе. Говорил тихо. — В моём деле мало быть менталистом. Потому что надо чувствовать не только людей, но и ситуации. Особенно грядущие. Интуиция у меня под это заточена.
Он выдержал паузу. Каждый миг которой он вглядывался в меня, будто пытался прочесть мысли без своих ментальных способностей. И выглядел так, будто у него это получается. Он добавил:
— Вот интуиция мне подсказывает, что от тебя будет прок, если я возьму тебя к себе. Поэтому я это сделаю. Хоть ты, повторюсь, отбитый. Но полезный. Сейчас мы с тобой разойдёмся. А через двадцать минут ты подъедешь в точку сбора всех аристократов. И там незаметно переберёшься в ресторан «Цезарь».
С твоей силой это будет просто. Там я тебе всё объясню.
Я кивнул.
После чего он развернулся и двинулся дальше по переулку. Но, подойдя к повороту, исчез, растворившись в невидимости.
Артефакт? Вот такая же штука мне тоже пригодиться! Надо будет вытрясти её из Болтуна, взамен на какого-нибудь из пленников.
Я вернулся к автомобилям. Яровые терпеливо ждали нас. Святослав будто знал, что я вернусь. Я подсел сразу в его с Ратибором машину.
Мы сразу же продолжили путь.
— Теперь рассказывайте, кто это и как вас угораздило с ним связаться, — сказал я, имея в виду Болтуна.
Святослав нахмурился, сжимая свою трость. Он ответил:
— Имени я не знаю. Только то, что он работает на Императора.
— Как понял? — спросил я.
— Прямым запросом в императорскую канцелярию, — он нервно взглянул в окно. Солнце уже полностью показалось над городом. — Они подтвердили. Только не спрашивай меня о подробностях. В их письме, с печатью, было только слово «да».
