Поезд имел систему экстренного торможения, как раз на случай подобных атак. Установили её буквально на днях, — Болтун бесстрастно взглянул в планшет. — Князь Евгений хотя бы об этом позаботился.
На видео послышался грохот. В магический щит, со закрытой стороны тоннеля, ударилось нечто огромное. Сложно было разобрать черты. Но оно имело несколько конечностей, которыми нанесло в магический щит два мощных удара. Магический барьер вздрогнул, но устоял.
— Перекрыты все станции, — сдержанным, холодным голосом продолжал Болтун.
— Но и ежу понятно, что это только отвлекающий манёвр. Все силы Империи, которые смогли, стянули в Новосибирск. Кроме охраны клановых усадеб. Там сконцентрированы основные части гвардий.
Оно и понятно.
В Новосибирске ведь жили, в основном, простолюдины. Зачем использовать ради их защиты лучшие гвардейские части?
Болтун добавил и протянул мне блокнот с ручкой:
— Я должен знать всё, — он движением головы указал на переднее сиденье машины.
Болтун хотел, чтобы я написал ему всё, что мне известно.
Но не озвучивал вслух. Потому что в машине, скорее всего, было установлено прослушивающее устройство. Видимо, не так уж он доверял Яровым.
К слову…
— Почему ты с Яровыми? — спросил я, начав записывать информацию о Алексее Варнавском-Вьюнке, об именах предателей в среде аристократов, о силах «Тихого Дома» и том, как попасть в их пункты.
— Потому что их лидер наиболее договороспособен и адекватен из всех остальных кланов. К тому же, деваться ему некуда. Его клан на грани гибели.
Я невесело хымкнул.
В общем, он считал Святослава удобной марионеткой. И использовал.
А что? На вид послушный, не глупый, какое-никакое влияние имеет. И… держит со мной связь. Единственный, среди остальных кланов Сибири. Более того, только Яровых я мог назвать союзниками.
Вот только Святослав не так прост. Скоре всего он играл роль, чтобы получить поддержку Болтуна. И я даже догадывался, что тот пообещал ему за послушание — прикрытие от князя Евгения.
Я быстро написал всё, что произошло в моём доме.
Без подробностей о судьбе Алексея и пленных, которых я сначала собирался допросить сам. Прежде чем кому-то передавать. Благо что и способ разговорить у меня был. Как показала практика, допрашиваемые вполне могут выжить. Некоторые.
Кстати, за сыворотку правды мне бы заплатили любые спецслужбы этого мира.
Если, конечно, у них нет своих, получше.
Болтун смотрел на написанное мной спокойно. На вид. Даже бесстрастно.
