Изгоняющий дьявола

Каррас отложил листок и закрыл лицо руками. Это не неизвестный язык. Писать слова наоборот не считалось сумасшествием, и такое явление часто встречалось, но говорить!

Переделывать произношение так, чтобы при проигрывании назад слова звучали фонетически верно. Это было не под силу даже чрезмерно возбужденному интеллекту. Может, это и есть ускоренное развитие подсознания, на которое ссылается Юнг? Нет. Здесь что-то другое...

Каррас подошел к полкам, отыскивая книгу Юнга «Психология и патология так называемых оккультных явлений», и нашел нужную страницу: «Отчет об эксперименте относительно автоматического написания слов».

Субъект подсознательно отвечал на все вопросы анаграммами.

Он положил открытую книгу на стол, склонился над ней и прочитал часть отчета:

– Что такое человек?

– Сколько в ней слов?

– Какое первое слово?

– Какое второе слово?

– Смотри? Я должен разгадать его сам?

Решение анаграммы субъектом было найдено:

(Жизнь в меньшей степени может.) Он сам был удивлен. Это доказывало, что в его мозгу существует интеллект совершенно от него независимый.

Поэтому он продолжая задавать вопросы:

– Почему ты разговариваешь со мной?

Субъект расшифровал и эту анаграмму: ( Я Клелию чувствую.) 4-й день.

– Это я отвечаю на вопросы?

– Клелия существует?

– Тогда с кем я разговаривал вчера?

Каррас перестал читать. Покачал головой. Ничего сверхнормального здесь не было: просто неограниченные возможности интеллекта.

Он достал сигарету, потом снова сел и закурил: «Я никто. Нас много».

Жутко. Откуда она могла это взять?

Может быть, и Клелия появилась так же? Неожиданно возникающие личности?

«Мэррин ... Мэррин...» «Ах, эта кровь...» «Он болен»...

Утомленный взгляд Дэмьена упал на книгу «Сатана». Он вспомнил первые строки:

«Не дай дьяволу увести меня...».

Каррас выпустил дым, закрыл глаза и закашлялся. Горло саднило. Глаза слезились от дыма. Он встал, повесил на дверь табличку «Прошу не беспокоить», выключил свет, задернул занавески, сбросил ботинки и рухнул на кровать.

В голове мелькали обрывки мыслей. Регана, Дэннингс, Киндерман. Что делать? Он должен помочь, но как? Поговорить с епископом, имея лишь то немногое, что у него есть? Нет, рано. Пока еще он не может отстаивать свою правоту до конца.

Каррас подумал о том, что неплохо было бы раздеться и забраться под одеяло. Но он слишком устал. Тяжесть событий давила на него, а он хотел быть свободным.

«Дай мне жить!» – ответил он на это. Тяжелый глубокий сон постепенно окутал его.