Изгоняющий дьявола

Крис повернулась к ней:

– А твой жокей знает, где ты работаешь?

– Жокей? – переспросил Киндерман.

– Это ее друг, – пояснила Крис.

Шарон отрицательно покачала головой.

– Он никогда не приходил сюда. Кроме того, в тот вечер он был в Бостоне. У них там какой-то съезд.

Детектив опять повернулся к Крис.

– А ваши слуги? У них бывают посетители?

– Может быть, вы ждали в тот день посылку? Или какой-нибудь пакет?

– Я об этом ничего не знаю. А что?

– Мистер Дэннингс был – о мертвых плохо не говорят, царство ему небесное, – но, как вы выразились, «под мухой».

В этом состоянии он был, ну, скажем, вспыльчив, возможно, мог к чему-нибудь придраться и разозлить человека, в данном случае посыльного, который зашел для того, чтобы передать вам что-то. Вы никого не ждали? Может быть, белье из чистки? Или что-нибудь из магазинов? Какой-нибудь сверток?

– Я действительно не знаю, – недоумевала Крис. – Все приносит Карл.

– Хотите спросить его?

Детектив вздохнул и откинулся на спинку стула, засовывая руки в карманы пальто.

Он хмуро уставился на книгу о колдовстве.

– Не важно, не важно. Это было давно. У вас ведь очень больна дочь, и, пожалуйста, не волнуйтесь. Очень рад был с вами познакомиться, мисс Спенсер.

– Я тоже. – Шарон слегка кивнула.

– Загадочно, – покачал головой Киндерман. – Странно. Извините меня, я потревожил вас впустую.

– Ничего, я провожу вас до двери, – предложила Крис, думая о чем-то своем.

– Ну, если вы настаиваете. Кстати, один шанс на миллион, я понимаю, но ваша дочь, – может быть, вы спросите ее, видела ли она мистера Дэннингса в своей комнате в тот вечер?

Крис шла, сложив руки.

– Послушайте, прежде всего у него не было причин подниматься к ней.

– Я понимаю, я все понимаю, это верно. Но ведь если бы в свое время английские ученые не задали вопрос: «А что это за грибок?» – у нас сегодня не было бы пенициллина. Не так ли? Пожалуйста, спросите ее. Вы спросите?

– Когда она достаточно поправится. Да, я спрошу.

– Я не хотел огорчать вас... – Они уже подошли к входной двери, когда Киндерман вдруг замялся и в нерешительности приложил пальцы к губам: – Вы знаете, мне очень неловко просить вас, однако...

Крис напряглась в ожидании очередного удара. Предчувствие опять неприятно защекотало где-то внутри.

– Для моей дочери... не могли бы вы дать автограф? – Детектив покраснел, и Крис чуть не рассмеялась от облегчения. – О, конечно. Где карандаш? – засуетилась она.