Щурюсь в него и хочу много чего сказать, даже слишком много для одного вечера, как вдруг со спины раздаются шаги, а лицо Юры вытягивается в комичную маску. Что такое?! Мое сердце на миг замирает. Вдруг это Марина? Вдруг она передумала? Вдруг она…здесь? Но нет. Это не моя девочка. Когда я резко поворачиваюсь, то вижу его — боль свою, главную занозу в своей заднице.
- Отец?!
Он, вообще, ничуть не изменился с той последней ночи во Франции, когда я его видел. Немного только постарел, но все тот же самовлюбленный мудак, каким был.
Вышло то вообще как? Забавно очень. Меня уволили с позиции шеф-повара, а этот козел подхватил то, что я потерял. Я был в аэропорту с «принудительным» билетом домой, а он кашеварил на моей кухне! И теперь смеет являться сюда?!
Делаю шаг, на вид, спорю на что угодно, максимально свирепый у меня сейчас. По глазам его трусливым вижу, но подойти не успеваю. Передо мной вырастает мама, упирает маленькие ручки в грудь и тихо просит.
- Стас, успокойся…он просто хочет поговорить.
- Я рад тебя видеть, сынок.
Кривит меня это слово, как раньше. Он за него и отхватил в ресторане, если честно. Не выношу, когда он так меня называет, потому что «сынок» нужно заслужить! Костя может меня так называть, благодаря нему я попал в академию в свое время. Ему и его деньгам. Отцу было не до нас — он карьеру строил! И я хочу высказать опять все свои детские обиды, которые копились столько лет, ложились друг на друга, множились, а вдруг вспоминаю:
??????????????????????????
«Посмотри на себя, Давыдов, ты же ребенок совсем…» - и что же?! Она права окажется?! Черта с два! Да и потом…если я сейчас снова психану, как узнаю о том, что он сказал Марине, и как заставил ее встать на свою сторону?!
- Стас, мне ничего от тебя не нужно.
Ни денег, ни помощи — я правда хочу поговорить.
- Поговорить, значит, хочешь?!
- Да.
- Ну говори."
"Сажусь на диван, а Юрка на меня ошеломленно так смотрит…Я его лишь взглядом касаюсь, знаю, что тоже сядет. Юра пусть уже взрослый, но он до сих пор реагирует на меня, как в детстве.
Будет лояльным, если я буду, будет спокойным, если я буду, ну и далее по списку. По привычке, так сказать.
- Ох, даже не пришлось использовать аргумент, мол, это мой дом и мои правила… - усмехается Костя, занимая место в своем любимом кресле по правую руку от меня, - А я так долго репетировал, чтобы выглядеть сурово…
Слегка улыбаюсь. Суровость Косте не знакома. Он очень добрый, но мягкий мужик, спокойный такой, не то что мы все трое.
