Измена. Бес в ребро

Он принял Наталью как свою семью, а нас вычеркнул сразу, как закрыл двери квартиры. Вечером, когда мне вывернули плечо, с девочками случилась неприятность в клубе. И я дала по морде его Наташе. Так, ночью он прилетел к нам в дом с претензиями. Как я посмела обидеть его женщину? Мы сидели перед ним. Измученные. Я с перевязанными руками. Девочки заплаканные. А он орал на нас. Защищая свою.... Мам, нет с нами больше Серёжи. Всё. — заговорила я, опустив голову.

— Так не разобрался. Горячий очень. Темпераментный.

Я уткнулась ей головой в живот и, почувствовав родной запах, сглотнула непрошеные слёзы. Разве отменить можно уже случившийся поступок. Оправдать и объяснить можно, но... Но во мне тоже уже поменялось отношение к нему. Я не забуду."

"Как будто гора упала с плеч после того, как я рассказала маме о предательстве. Никогда не считала возможным скрывать что-то от близких людей. Вот, оказывается, как это сложно. А как долго мой муж скрывал от меня свою другую жизнь? Измаялся, зараза.

— Лен. Понимаешь, в моём представлении стыдно женщине жить без мужчины. Одной. — проговорила моя мама, всю жизнь проработавшая в школе завучем и в сложные годы зарабатывая, иногда, больше отца репетиторством.

— Одной лучше, чем с кем попало. — попыталась я шутить.

Я засобиралась в магазин за продуктами. Взяла мамин список и уже надевала обувь, когда в коридор вышел отец.

— Дочь! У тебя повреждено плечо, поэтому я схожу с тобой! — безапелляционно заявил мой родитель.

Мы вышли на улицу. Папа, сильно хромая, шёл медленно. И я подстраивалась под его шаг.

— Как бы ни сложилось, Лен, чтобы ты не решила делать дальше, мы всегда тебя поддержим. Я бы поговорил с этим мерзавцем по-мужски. — сказал любимый и самый надёжный отец.

— Пап, ты сильнее стал хромать. — заметила я.

— Да, и болит бедро всё сильнее. Таблетки пью горстями, — ответил он.

— Давай, сходим к травматологу? — спросила я

— Сходим.

И вдруг побледнел и стал заваливаться набок. Я попыталась его поймать, но куда там. Во-первых, плечо, а во-вторых, он почти в два раза меня больше. Тяжелее точно.

Хорошо, что удалось придержать, чтобы не ударился головой о бордюр.

— Что? Что болит? Папа! — закричала я.

— Не кричи. Всё нормально. Нога. Бедро болит и в паху.