Измена. Боль моего сердца (СИ)

Из соседней комнаты вылетает растрёпанная Аня. Помада смазана, пуговицы на блузке застёгнуты неправильно.

– Ма-ма-ма-ма-а-а, – орёт Егор.

– Ну тише, тише, мой хороший, – успокаивает его Аня.

Но теперь, глядя на этот беспредел, плакать начинает и Мила. Её успокаивать принимается уже Гордей.

Богдан тоже бросает конструктор и несётся к нам, жалеть братика.

Эта буря утихает не сразу. А когда это всё же случается, Аня чуть не плачет.

– Я так и знала! Это всё ты, Дымов! Я тебя ненавижу!

– Хм, а пять минут ты мне говорила совсем другое, – довольно улыбается Гордей.

– Не напоминай! Чёртов манипулятор!

– Малышечка, а может ну его этот шопинг и спа. Давай закажем доставку. Нам сейчас домой привезут все, на что пальчиком покажешь. И спа мы вам такой устроим, что вы обалдеете.

– Нет! Я хочу выйти в люди. На лица их посмотреть, понимаешь? Ты мне обещал.

– Хорошо, иди, – сдаётся Гордей. – Ну, если сможешь отцепить от себя малых.

Конечно, быстро это сделать не получается, но в итоге мы все же вырываемся.

– Пойдём быстрее, – вытягивает меня Аня, на ходу обувая сапожки. – Если сейчас опять что-то случится… Я взорвусь!

Выходим на улицу. Аня сегодня, как обычно, за рулём. Выгоняет из гаража свою любимую машину.

Мы с Дымовыми теперь соседи. Гордей решил строить дом, но участок ему достался слишком большой. Недолго думая, наши мужчины решили поделить его пополам и построить два дома рядом.

И вот, не так давно мы все вместе отмечали новоселье.

А сегодня Аня выторговала у мужа свободный вечер.

Стартуем. Аня летит так, как будто за нами погоня.

– Расслабься, – прошу подругу. – Они справятся.

– Ой, что-то слабо я в это верю, – закатывает глаза. – Сейчас опять чую какой-то трындец начнётся. Милка ещё часто Егорку лупит, представляешь? Вроде бы девочка, думала, паинька будет. Ан нет. А этот маленький бестолочь не знает, как ей ответить. Сразу истерику поднимает.

– Ну а как он ей ответит? Он же мужчина, – смеюсь я.

– Ой, если в отца пойдёт, быстро поймёт, как женщинам глазки строить. Просто Мила ещё маленькая, не попала под это убийственное очарование.

– Ну, у Егорки такие глаза, что грех не попасть.

– Что есть, то есть, – оттаивает Аня.

– А у нас Богданчик был очень рад братику. И до сих пор его защищает. Мне и крикнуть нельзя. Тоже истерики закатывает.

– Ой, тебе вообще сложно, – вздыхает Аня. – С тремя мужиками, я бы двинулась.