Я держу за руку Майло. Он почему-то побаивается Эйвери. Но ничего. Скоро привыкнет. Я же привыкла.
Тропинка меж скал круто уходит вверх. Мне уже кажется, что мы никогда не доберемся туда, где можно будет упасть в мягкое кресло и вытянуть гудящие ноги.
Но я ошибаюсь. Вскоре показываются шпили замка, вырубленного прямо в скале.
Замок серый, мрачный и унылый, как весь этот остров. Теперь понимаю Эрнана. Если бы мое детство прошло в таком месте, вряд ли я выросла бы открытым и жизнерадостным человеком. Даже в монастыре архитектура была не настолько сурова и неприветлива.
Эйвери подходит к деревянной рассохшейся двери и медленно толкает ее.
Как ни странно, дверь с пугающим протяжным скрипом поддается.
Внутри замка так же мрачно. А еще пыльно. И это сюда Эрнан собирался сослать меня как ненужную вещь, чтобы я пылилась здесь в забвении. Мне не нравится здесь. Мне не хватает воздуха и света.
— На втором этаже в жилых комнатах будет получше, — подбадривает меня Эйвери, которая по моему выражению лица понимает все, что я не успела высказать.
Эйвери обводит взглядом удручающую обстановку, покачивая головой.
Но тут Майло вскрикивает и тычет куда-то пальцем. Я поворачиваю голову в ту сторону и вижу качающийся на ветру гобелен. Или не на ветру. Потому что окна здесь плотно закрыты, и ветру просто неоткуда взяться.
Снова резкое движение гобелена, и я едва успеваю спрятать мальчика за спину. На нас с Эйвери несется старуха с совершенно безумным взглядом, с ухватом наперевес.
— А ну, пошли отсюда, воры! — рявкает она и грозно замахивается.
— Тера? — изогнув бровь, спрашивает Эйвери.
Ухват со стуком падает о каменный пол.
— Госпожа?
Женщина бросается к Эйвери и сгребает ее в охапку. По ее морщинистым щекам текут слезы.
— Ну-ну, давай обойдемся без нежностей, — Эйвери безуспешно пытается отстраниться. Ей хочется оставаться холодной и суровой, но ее голос предательски дрожит.
— Если бы я знала, что вы приедете, я бы подготовила комнаты.
А теперь даже не знаю, как управиться, я ведь одна осталась.
— А где все остальные?
— Разъехались на материк. Их даже деньги хозяина здесь не удержали.
— А вообще на острове кто-то остался?
Женщина пожимает плечами.
— Так… Несколько стариков. Молодежь вся разбежалась. А это ваш внучок? — она замечает опасливо выглядывающего из-за моей юбки Майло.
— Угу, — неопределенно мычит Эйвери. Видимо, ей не хочется посвящать служанку в наши злоключения.
