Лилия сразу тушуется.
— Ох, какая неожиданная встреча, — бормочет она. — Ясмина, мне уже пора домой. Не скучай, я приду как-нибудь в другой раз.
Она исчезает так стремительно, что я не успеваю толком с ней попрощаться.
— Леди Эйвери, — склоняю голову в легком поклоне, как того требую правила приличия.
Она смеряет меня взглядом от макушки до носов туфелек. Ее губы даже не дернулись для ответного приветствия.
— Чай, кофе? — говорю, чтобы сгладить неловкость.
— Я жду сына, — соизволила процедить она. — Только он не спешит спускаться ко мне.
Теряюсь. Я не знаю, что ей сказать. У меня только одно желание — как можно скорее покинуть гостиную. Мать Эрнана всем своим видом демонстрирует незаинтересованность в моей персоне. Я ей не нравлюсь. И она даже не пытается это скрыть.
— Хорошего дня, — говорю скороговоркой и поднимаюсь к себе.
Видимо, Лилия права, и успокоительный чай мне не помешает. Еще бы раздобыть кипяток.
Где-то должен быть колокольчик такой же, как в гостиной. Какое-то время я брожу по спальне в его поисках, а потом решаю спуститься на кухню и вскипятить воду сама.
Самое главное, снова не наткнуться на свекровь. В кухне нет никого из прислуги. В печи уже горит огонь. Мне остается только наполнить чайник водой и поставить на конфорку. Жду, когда вода закипит. Потом наливаю кипяток в найденную в одном из шкафчиков кружку, и осторожно, стараясь не расплескать, несу ее к себе. В одной из комнат по коридору дверь приоткрыта. Я слышу приглушенные голоса.
Нет, я никогда не стала бы подслушивать преднамеренно. Но речь идет обо мне, поэтому я замедляю шаг.
— Вы все равно не будете вместе. Расторгни брак, пока не поздно. Пиши прошение императору.
Вот о чем хотела поговорить со своим сыном вдовствующая леди Морриган.
Внутренности опаляет обида, руки начинают дрожать, и кипяток из кружки расплескивается на кожу. Больно. Едва сдерживаю вскрик.
Слышу резкие, приближающиеся шаги. Дверь захлопывается перед моим носом. Хорошо, что никто из них не выглянул наружу и получилось избежать неудобной ситуации.
Хотя это им должно было стать стыдно, а не мне.
Что я сделала такого, что от меня уже хотят избавиться?
Если я вернусь домой, это будет позор. И жрицей не стала, и женой дракона недолго побыла.
Тетушка, наверное, успела разболтать всем о свалившемся на меня счастье.
А если дракон от меня откажется, каждый станет тыкать в меня пальцем и злословить за спиной.
Надо выдохнуть, успокоиться.
