— И вот еще что, — голос начальника сыска вырывает меня из раздумий. — Этот факт, скорее всего, не имеет никакого отношения к нашему делу, но мне он показался забавным. У вашей матери сейчас проживает ее знакомая. Молодая девушка, о которой ничего толком не могут сказать соседи леди Морриган. Никто ее никогда не видел. Сама она тоже мычит что-то невнятное. Леди Морриган сказала, что она повредилась рассудком после смерти супруга.
Странно, мать мне ничего об этом не сказала. Да я и сам не видел никаких следов присутствия посторонних в доме.
Если только от меня специально не прятались.
— Это может быть Ясмина с артефактом, меняющим внешность? — в моем голосе звучат слабые нотки надежды.
Наивная девочка вполне могла обвешаться артефактами и спрятаться там, где ее никто не будет искать. В доме женщины, которая вселяет во всех страх и ужас. Вот только здесь есть два «но». Первое: кто ее снабдил баснословно дорогими и редкими артефактами? Второе: моя мать никогда бы не приняла Ясмину. Уж я-то ее хорошо знаю.
— Это исключено, — не раздумывая, говорит Шон Мор. — Артефакты не могут создать видимость беременности. Вы с вашей супругой в браке совсем недавно, а эта девица уже на сносях. Самое лучшее, что вы можете сделать — идти домой и не поддаваться панике. Наши ребята свое дело хорошо знают. Если ваша супруга жива — мы ее найдем. Если нет… то все равно найдем. Рано или поздно. Вам лучше не предпринимать никаких действий. Вы будете лишь наводить лишнюю суету. Если в деле появятся подвижки, мы вам незамедлительно сообщим.
— Хорошо, — поднимаюсь и ухожу.
Сейчас же навещу Бриана, а после зайду к моей дражайшей матушке и узнаю, что это за странная история с внезапно появившейся жиличкой.
Глава 15. Незваный гость
Эрнан"
"Экипаж останавливается у витой железной ограды, украшенной фамильным гербом рода Лейстеров. Спешно выхожу и толкаю калитку. У Бриана нет охраны. Может, и правильно, потому что моя охрана оказалась совершенно бесполезной. Дорожка к особняку чисто выметена, но газон не подстрижен, а кусты сирени выглядят совершенно запущенными.
Плющ разросся так, что скоро поглотит дом.
Взбежав по ступеням крыльца, звоню в колокольчик у двери. Жду. Очень долго по меркам этикета. Слуга у Бриана старый, пока дошоркает до двери, гости успевают уйти.
Наконец дверь открывается, но передо мной стоит не Витольд с дрожащим от нервной болезни подбородком, а сам Бриан.
Он вышел в одних домашних штанах, будто знал, что увидит именно меня.
