Мне наконец удается пристегнуться. Откидываюсь на спинку кресла и цепляюсь в новые документы. Они —мой единственный шанс."
"— Я же говорил, когда ты замуж за него выходила, что что он — не тот человек, каким кажется, — Артем в очередной раз перестраивается.
Остается совсем недалеко до аэропорта.
— Не напоминай, — я прикрываю глаза. — Не сейчас, пожалуйста.
Мой голос еле слышен. А я готова сорваться в бездну. Желудок сводит, глаза горят, нижняя губа трясется. Я сильнее сжимаю челюсти, делаю глубокий вдох и отрываюсь от спинки кресла.
Засовываю документы в рюкзак, и смотрю на Артема. Он сосредоточен на дороге. Его движения хоть резкие, но уверенные. А взгляд не отрывается от цели. Артем — единственный человек, к кому я могла прийти с любой проблемой. Но никогда не думала, что придется просить помощи, чтобы сбежать от мужа.
— Прости, что втянула тебя в это, — я снова обнимаю рюкзак, будто он — мой спасательный круг. — Если Дима узнает, что ты…
— Ничего не будет! — ответ Артема резкий, как и очередной поворот.
— Он не всемогущий.
— Надеюсь, ты не ошибаешься, — мой шепот в тишине машины оглушает.
Не хотелось бы, чтобы Артем пострадал из-за меня.Если бы я обратилась к отцу, тот передал бы меня прямо в руки мужу. Тем более тот стал приемников его должности, когда мы поженились. Первое время я думала, что Диме как раз от меня нужно расположение моего отца, но быстро отмела эту мысль. Слишком уж искренним он казался, когда я дала ему шанс. Видимо, зря…
В кармане джинс звонит телефон. Я вздрагиваю.
Пальцы дрожат, когда я вытаскиваю его из кармана. А когда смотрю на экран, вовсе роняю гаджет себе на колени. Он продолжает вибрировать, а с экрана меня прожигают карие осуждающие глаза мужа. Да, это была просто фотография, но сомнений не осталось:
«Он знает. Он точно знает. Боже»
Я быстро беру телефон и нажимаю на кнопку сбоку. Экран гаснет, вибрация прекращается. Но… звонок повторяется.
— Он? — голос Артема напряжен, как и я сама.
Переворачиваю телефон экраном вниз и киваю. Только потом вспоминаю, что Артем меня не видит.
— Кажется, он знает, — слова срываются с моих губ.
— Я и не думал, что твой побег надолго от него укроется, — бормочет Артем больше для себя, чем для меня и прибавляет газа.
Я все еще не могу перестать смотреть на белую заднюю крышку телефона. Взгляд натыкается на три камеры, и непонятно откуда появляется ощущение, что Дима может следить за мной через них.
Я отклоняю вызов и выключаю телефон быстрее, чем могу сообразить, что делаю.
