Так что вам надо расслабиться и прекратить винить себя. Вы из-за этого и оплатили клапан?
– Нет. Я просто хочу, чтобы хотя бы здесь вас ничего не беспокоило. Вам и так забот хватает. Вы же женщина, простите, а не лошадь, чтобы всё тянуть: клинику, разборки с моей непутёвой дочерью, Беловым, мамой, операцией… – перечисляет.
– Иногда я себя этой лошадью ощущаю, – признаюсь.
– Ну… тогда надо сказать, вы крайне притягательная и привлекательная кобылка! – неожиданно оба начинаем смеяться в голос. – Надо же, я ещё ни разу в жизни такого комплимента женщине не делал! Простите, Марта! Даже неудобно! – трёт руками лицо, показывая своё замешательство от такой шутки.
– Всё в порядке, – продолжаю улыбаться. – Напротив, спасибо. Вы смогли заставить меня отвлечься.
Воронов просто поразительный. Час назад я плакала от безысходности, а теперь он заставляет меня улыбаться.
Дальше мы кушаем молча. На удивление я даже чувствую вкус пищи. Казалось, пару часов назад, что во мне всё умерло и я ничего не ощущаю, но нет, я жива.
И даже получаю удовольствие от еды.
– Марта, – Воронов снова кладёт свою ладонь на мою. Я пока не могу привыкнуть к теплу его рук, но и отказаться от этого тепла мне становится всё сложнее. – Поедемте ко мне сегодня. В мой дом. Нельзя вам одной оставаться.
Александр не спрашивает, не предлагает, не ждёт согласия. Он утверждает. В каждом его движении уверенность, в каждом жесте непререкаемость.
Он приводит такие аргументы, что не оставляет мне места для возражений.
Воронов расплачивается за ужин, отодвигает стул и встаёт. Берёт мой пиджак, словно это само собой разумеется, а потом подходит ко мне… ближе, чем нужно и можно.
Настолько близко, что я чувствую тепло его тела, улавливаю лёгкий шёпот его дыхания.
Его пальцы слегка касаются шеи, когда он накидывает пиджак на мои плечи и от этого тело реагирует мурашками. Хорошо, что свет приглушён, иначе он обязательно бы их увидел.
В его таких простых жестах столько заботы и внимания, что мне неожиданно хочется прижаться к нему и стоять так долго, долго.
А остальное и остальные пусть исчезнут. Останемся только он и я.
– Ну что… – тихо спрашивает. – Примете моё приглашение?
Глава 38.
Глава 38.
– Я не уверена, что это уместно. У вас внучка дома, – произношу в сомнениях, когда мы стоим у машины на выходе из ресторана. – Мне лучше в гостиницу.
Воронов поднимает на меня глаза и смотрит с удивлением.
