Я хорошо помню тот вечер на кухне, когда он впервые рассказал мне о проекте. Его голос дрожал от волнения и вдохновения, а глаза светились таким энтузиазмом и верой в успех, что я не могла не улыбнуться и не поверить в этот успех вместе с ним.
Артур всегда был таким. Врачебная практика, по сути, никогда его не интересовала. Он поступил в медицинский только потому, что этого хотели его родители. А сам всегда мечтал о чём-то большем, о своём деле - где не нужно никому подчиняться и, главное, чтобы не приходилось лечить людей.
Вот управлять такой махиной, где врачи лечат – это да! А самому … самому неинтересно.
Когда первая эйфория прошла, мы оба осознали, насколько это будет сложно и финасово затратно. Для воплощения его мечты нам предстояло отдать всё, что у нас было. Организация такого масштаба требовала колоссальных вложений - только стоимость медицинского оборудования уже была астрономической для нас. Мне, как врачу со стажем, это было особенно очевидно. Да и он всё это знал, работая в этой сфере не понаслышке.
– Нам ещё повезло, что Воронов вкладывает половину! Будь это только мои... то есть наши деньги, – он тут же поправился, – такое вряд ли было бы возможно. Нет, Марта, такую возможность нужно хватать обеими руками за хвост и держать крепко-крепко! – настаивал и убеждал меня.
– Артур, нам придётся продать почти всё. Но эту квартиру я не отдам, как бы ты меня ни убеждал. Мы так мечтали о ней, так много работали... – я тщательно подбирала слова, и в итоге муж согласился оставить её.
– Конечно, хорошо, эту не тронем. Но, милая, вряд ли тебе стоит волноваться, потому что со временем всё окупится.
– Я понимаю, но либо не трогаем квартиру, либо никак, – я настаивала.
Артур принял мои условия, и мы, продав всё возможное – вторую машину, дачу, квартиру, купленную для дочери, – рискнули. Даже все накопления со счетов, копившиеся годами, вложили в это дело. Оставили только квартиру, где живём и одну машину на двоих.
Признаюсь, мне было очень страшно. Невероятно страшно.
Но я старалась не показывать этот страх мужу. Хватало его дерготни и периодических сомнений, которые стали появляться, когда начались проблемы и глобальные вопросы.
Первые месяцы, когда муж оформлял участок под стройку, заказывал проект клиники и начиналось строительство, стали настоящим адом. Мы жили в режиме постоянного стресса. Часто ссорились, спорили, но нам хватало ума не переходить границы и не переносить эти конфликты в семью и личные отношения.
