Я туго сглотнула.
Альберт хотел мне изменить. Он не просто так поднял тему открытого брака. Он хотел легально сходить развеяться и вернуться в быт.
Он намеренно меня предавал и это только с момента признания я знала о много, а сколько мне было неизвестно? Скольким он отправлял свои фотки. Сколько вот так же приходили в его кабинет."
"Судорожный вздох вперемежку с жалостью застрял в горле, и я облизала губы. А после почувствовала как из носа сново потекло тёплое.
— Никакого развода. Никаких измен.
Я верен тебе все одиннадцать лет и собираюсь быть столько же верным это как минимум… — зачем-то сказал Альберт.
— Ты про верность поздно заговорил. Ты ее мне отдаёшь на похоронах доверия… — зло сказала я. И наклонилась, чтобы кровь если что капала на коврик.
— Игры закончились Лер… — тихо заметил Альберт.
— Игры только начинаются… — не согласилась я и сжала переносицу пальцами. — Я уже подала на развод. И у тебя есть два варианта. Либо мы разводимся мирно, либо я все равно добьюсь своего, но сломаю все по пути.
Твой бизнес там тоже есть.
Альберт резко повернулся на парковке клиники и посмотрел на меня.
— Развода не будет. У тебя даже оснований для этого нет. И если ты… — начал муж, но я бросив в него окровавленными платочком, открыла дверь машины.
Муж догнал меня почти у самого входа в клинику и подхватил под руку, когда я промахнулась и не смогла поймать ручку двери.
— Надеюсь ты просто психанула и поэтому ты так фигово себя чувствуешь… — признался Альберт и завел меня вхолл больницы.
Посадил в кресло, а сам прошёл к стойке регистрации. Что-то быстро объяснил. Вытащил телефон для заполнения медкарты.
Ненавижу.
Если бы он хоть на секунду почувствовал, как мне больно от одного его присутствия, если бы он понял, что самолично убивал меня в ту ночь, произнося во всеуслышание про любовниц…
Может быть я бы тогда смогла ему поверить.
А сейчас нет.
Альберт использовал меня. Использовал мои чувства, а когда они надоели, решил разыграть комедию с открытым браком.
Тяжёлый комок прокатился по горлу, и я снова тяжело закашлялась. Можно сказать стала давиться мокротой.
Альберт обернулся и сдвинул брови.
Хоть бы это была пневмония.
Хоть бы не онкология.
С кем останется мой сын? С кем?
Он же ещё совсем ребенок. У него и жизни ещё не было. Он же не сможет без меня.
Слёзы потекли из глаз и я сжалась в комок, склонившись к коленям. Тяжёлая рука легла на спину.
