Измена, или Страдай, бывший!

Хотите кофе?

От него можно и кофе…

Что ты творишь, Лера?

Может, это какой-то гипноз?

Чего это я так поплыла?

Ну красивый мужчина! И что дальше? Не таять ведь теперь перед ним.

Собираюсь с силами и выдавливаю улыбку.

— Спасибо. Ваш администратор уже предлагала. Я не хочу ничего. Мне не терпится начать диалог.

— Вы хотите попытаться вспомнить заблокированные воспоминания из детства и готовы использовать для этого даже гипноз. Верно, я понимаю?

Сняв пиджак и накинув на плечи белый халат, Михаил Евгеньевич садится за стол и направляет на меня пристальный взгляд.

— Всё так. Я готова к любым пыткам с вашей стороны, только бы вспомнить то, что было скрыто от меня так много лет.

Мужчина ухмыляется. Его явно позабавил мой ответ. А я всё ещё пытаюсь прийти в себя. Ну почему он так хорош собой?

— Так уж на любые пытки? — спрашивает Михаил Евгеньевич, легонько сощурившись. — Ладно, не буду томить вас и сразу скажу, что пытать я никого не собираюсь, но сеансы могут оказаться болезненными морально.

Вы можете плакать, рыдать… не стесняйтесь проявлять свои эмоции. Сегодня я хотел бы поближе познакомиться с вами, если вы готовы продолжать сотрудничество.

— Да!..

Поближе познакомиться — это ведь не то, что первым пришло в голову?

Конечно, нет!

— Прекрасно. В настоящем я ваш друг, родной человек, тот, кому вы можете доверить всё. Я ваш личный дневник. Не стесняйтесь записывать в него всё, что есть в вашей голове. Кабинет с хорошей шумоизоляцией. Всё, что вы скажете здесь, останется здесь.

У вас есть какие-то вопросы, прежде чем мы начнём?

— Только один: как вы справляетесь с тем, что наваливается в стенах этого кабинета? У вас есть персональный мозгоправ?

Михаил улыбается. Он молчит долю секунды, опустив взгляд, но мгновенно возвращает его ко мне:"

"— Вы первая, кто волнуется о моём состоянии. Приятно. Это моя работа. Я привык оставлять всё, что услышал, в стенах кабинета до следующей встречи с пациентом. Сознание легко самоочищается. И… всего одна просьба — не называйте это так.

Мозги править мы вам не будем. Просто общаться, как друзья. Я помогу вам, но мозгоправ… Звучит грубо. Готовы начать?

Он не даёт мне возможности извиниться, словно не корил меня за то, что «оскорбила», а просто подметил, что к его профессии такое определение не имеет совершенно никакого отношения.

Отвечаю кивком.

Кресло слишком мягкое, напоминает облачко, коим мы его представляем в детстве. Или материнские объятия? Мне уютно, и я расслабляюсь.