Хотел, наконец, привести тебя к себе домой!
Я тоже мечтала встретить Новый год с ним. Но не судьба.
— Но всё равно полетел. — прошептала я.
— Администратор наша позвонила. Сказала, что у матери был гипертонический криз. Мама запретила ей сообщать мне, не хотела беспокоить, знала, что сорвусь к ней. Но Анжела всё равно позвонила. Я должен был полететь.
За это я не могла осуждать Костю. Знаю, что это такое, когда болеет мать. Как страшно однажды не успеть. Как я постоянно переживала, если задерживалась где-то, что вернусь домой, а она…
— Почему ты не взял меня с собой, Костя? Почему не позвал? — я полетела бы с ним на край земли.
Я помогала бы ему ухаживать за больной матерью. Я хотела быть рядом. И горести и в радости. Только ему это, видимо, было не нужно.
Костя как-то обречённо вздохнул.
— Потому что дурак, Агат. Не хотел вас сталкивать. Думал — отвезу её домой, к её родителям, и отвяжусь от этого геморроя навсегда.
— Ты ночевал с ней! — мой голос сорвался на высокой ноте. Я ничего не могла поделать со своей ревностью.
Она скручивалась во мне тугой спиралью и грозилась вот-вот распуститься, разнести всё вокруг вдребезги.
Костя поднял на меня, неожиданно строгий и серьёзный взгляд.
— Агата, ты бы легла со своим мужем, после того как увидела его в постели с другой?
Я замерла, в недоумении уставившись на Костю. Сложно даже представить себе причину, по которой я бы могла сделать это. Он по моему лицу понял ответ.
— И я бы не смог.
— Откуда такие подробности про Дениса? Вика рассказала?
Костя только невесело усмехнулся.
— Хорошая у тебя подруга. Тигрица. Думал, глаза мне выцарапает. Так расчихвостить меня, я чувствовал себя последней сволочью. А ещё она очень чётко объяснила, почему ты не сможешь меня простить.
Костя тревожно заглянул мне в лицо и снова попытался взять меня за руку.
— Агата, ты простишь меня? Я виноват, знаю. Я уже понял, каких дел наворотил.
Костя, всё-таки поймал мою руку, переплёл наши пальцы и, поцеловав тыльную сторону моей ладони, накрыл сверху второй рукой.
Я только тяжело вздохнула. И всё вроде встало на места, всё прояснилось, всё правильно, но…
Глава 49
Эту ночь мы спали в разных комнатах, я в своей девичьей спальне, а Косте постелила на диване в гостиной. Не знаю как он, а я так и не смогла сомкнуть глаз до рассвета, ворочалась на кровати, даже тихонько поревела, оплакивая свою неудачную влюблённость.
В Питер мы всё-таки вернулись порознь.
На следующий день я уехала на дневном поезде.
