Как можно было быть такой наивной и доверчивой? Зачем он вообще женился на мне? И любил ли меня когда-нибудь? И кто такая эта Муза?
Ответ на этот вопрос мне мог дать только один человек. Я отыскала в телефоне нужный номер и нажала на кнопку вызова.
Глава 12
— Ты, Агатка, как не от мира сего. Все вокруг знали, одна ты как слепая. Денис! Денис! — передразнила меня Марина. — А Денис твой ещё тот козёл! Ваньку Селезнева помнишь? Которого из универа за драку в клубе отчислили на третьем курсе.
Так его Денис твой подставил. Всё свалил на Ваньку, показания свидетельские подписал. И мамаша его подсуетилась где надо, подмазала кому надо и вышел твой Денис сухим из воды. А Ивану условный дали и из университета выперли.
Историю эту я помнила, но смутно. Ванька учился на курс старше нас и был в компании Дениса, но после драки в клубе, с полицией и пострадавшими, куда-то пропал. Общаться с Денисом перестал.
И без того хмурый день становился всё неуютнее. Небо затягивали сизые дождевые тучи и поднявшийся ветер гонял по плиткам тротуара рано облетевшие с деревьев листья.
На летней веранде кафе, где мы устроились с бывшей одногруппницей, стало зябко и неуютно. Мой кофе давно остыл, так и оставшись нетронутым.
Я узнавала о своём муже всё больше неприятных вещей. Марина, получив полный карт-бланш на новости и сплетни о Денисе, вываливала на меня всё новые и новые подробности и истории.
Маринка была неплохой девчонкой. Мы даже немного дружили на первых курсах.
Она была кладезем всевозможной информации. Знала всё и обо всех. Не то чтобы она трепалась и сплетничала на каждом углу, но если к ней подойти и спросить о ком-то, можно было получить полную информацию.
— Значит, изменил тебе? — Марина собрала со дна чашки пенку капучино и с удовольствием слизала её с ложечки. — Я вот совсем не удивлена.
Она отодвинула от себя пустую чашку и вытерла губы салфеткой.
— Ты хоть знаешь, что он про тебя говорил в своей компании?
Я отрицательно покачала головой и проглотила тягучую горькую слюну.
Мне было страшно и стыдно. Ничего хорошего я уже не ждала.
— Лучшая жена — это сирота. Тёщи нет, мозги выносить никто не будет. Бежать жаловаться не к кому. Можно воспитывать жену под себя. Прижать, если что, деваться-то ей некуда.
Марина тяжело вздохнула и посмотрела на меня с жалостью. У меня дрожали руки. Сжав кулаки, я спрятала их под стол.
