И не дай бог хоть что-то забудешь!
— Он же убивать нашу Агату приходил! Как есть убивать!
Мы собрались на маленькой кухне у соседей. Я сидела в уголочке у окна, прижав завернутый в полотенце лед, к переносице, тётя Лена суетилась, заваривая чай с травками, дядя Гена о чем то напряженно думал, хмуря брови. На реплику бабушки Зины мы отреагировали все одинаково — вытаращив на старушку глаза.
— Чего вы на меня так смотрите! — распалялась баба Зина. — Я вчера криминальную хронику смотрела. Так там сын убил собственную мать, чтобы квартиру её унаследовать.
А Агата у нас кто? Сирота! Случись с ней чего, кто квартиру получит? Муж!
— Тёть Зина, ты что девку пугаешь? — сердито прервал её сосед. — Кишка у него тонка, человека убить.
— Что это пугаю? Таких случаев хоть пруд пруди. То родителей угробили, то жену, то мужа. Ты новости то посмотри! — продолжала вещать бабуся. — Каждый день рассказывают, то там убили, то тут!
— Ты бы поменьше телевизор смотрела. А вместо криминальных новостей про животных или про путешествия передачи.
— Да чего я там не видела. — обиженно махнула рукой баба Зина. — Везде одно и тоже.
— Ладно, пейте свой чай с валерьянкой и поехали в травмпункт. Нужно зафиксировать все синяки и ссадины. — подвел черту дядя Гена. — Заявление на мужа писать будешь?
— Буду."
"Слова престарелой соседки меня напугали. Здесь, в квартире соседей, рядом с неравнодушными людьми, я чувствовала себя в безопасности. А что потом? Как ходить по улицам и не бояться нападения из-за угла? Чего ещё ждать от мужа? Он сам и его действия, после сегодняшнего, стали для меня настолько непредсказуемыми, что я терялась в догадках какие цели он преследовал.
Почему пришел не один, а с каким-то подозрительным, неизвестным мне типом? Что они планировали сделать со мной? От рисовавшихся в голове жутких картин, по телу бежали испуганные мурашки. Самая невинная картинка была — это я, утопленная в ванне.
Страх прорастал во мне как споры плесени, мгновенно отравляя и завоевывая новые территории. Сначала отравил мозг.
Потом сердце, заставляя его суматошно биться в груди. Проник в ноги, делая их деревянными и негнущимися. В руки, они стали слабыми и непослушными, они так дрожали, что чай в чашке грозился выплеснуться через край.
Голоса спорящих о чем-то соседей я слышала как через вату. Глухие, неразборчивые звуки. В голове был только один вопрос — как мне жить дальше?
Постоянно прятаться в квартире я не могу. Мне нужно есть, пить. Да просто жить на что-то! Мне нужна работа.
