Не знаю, если бы я была одна дома, без помощи, то, наверное, впала бы в депрессию. Особенно в первые три месяца. Антон много плакал из-за коликов в животике. Приходилось много носить на руках, успокаивать. И я вместе с ребенком ревела каждый день тогда.
Думала, что гормоны шалят во время беременности, а на самом деле — глупости, самый взрыв после родов. Как сейчас вспомню, так вздрогну: бывали дни, когда мне просто так хотелось поплакать, иногда — наоборот. Сейчас, слава богу, все прошло.
Сейчас вообще все хорошо.
Мы с Платоном привыкли к родительским обязанностям, освоились.
Через два часа мы просыпаемся одновременно от плача Антона.
— Соскучился по родителям, — говорю Платону.
— Хочешь, спи. Я схожу.
— Нет, я выспалась, — сладко потягиваюсь на кровати.
После завтрака мы вместе едем в центр на прогулку. Мама первый раз в Сочи. Хочется ей все показать. Я удивляюсь, как она непринужденно и по-дружески общается с Платоном. Как будто так было всегда и не было раньше у меня другого мужа.
А вечером меня ждёт сюрприз. Пока мама сидит с Антоном, Платон приглашает меня на свидание. Пользуется случаем, пока у нас появилась помощь. Вообще, он и дома каждый день что-то придумывал. То свечи зажжет после вечернего укладывания Антона и устроит ужин при свечах, то музыку включит и приглашает на танец в нашей гостиной…
Сейчас, я чувствую, придумал что-то грандиозное: везёт меня к причалу.
Мы катаемся вдвоём на яхте. Любуемся закатом и морем.
Вечер заканчивается горячим сексом в каюте.
Только после родов я поняла, как на самом деле Платон раньше сильно сдерживался. Теперь ничего нас не останавливает: между нами настоящая чистая страсть, которая разрывает меня изнутри и выливается наружу ярким взрывом эмоций.
Едем домой все раскрасневшиеся и разгоряченные. Мама ведь по глазам поймёт, какое у нас было свидание. Ну и пусть. Пусть все видят, как все у нас с Платоном хорошо.
Перед сном мы обнимаем друг друга и признаёмся в любви. Каждый день так. Наш вечерний ритуал.
Засыпаю с мыслью, что завтрашний день будет ещё счастливее сегодняшнего. Хотя нет, куда ещё счастливее-то?
Глава 40. Глазами мужчин
Платон
Просыпаюсь и первое, что вижу, как Ира сладко сопит, уткнувшись в подушку. Люблю просыпаться раньше и смотреть на нее.
Не хочется будить, но трудно сдержаться, я начинаю целовать ее шею, спускаюсь ниже. Затем снова поднимаюсь и целую приоткрытые губы
Какая красивая и моя. Ира просыпается и отвечает на мой поцелуй.
