Укладываю спать сына в той самой комнате, где жила раньше я. Пою Антону колыбельную и вспоминаю тот день, когда у меня прорвало трубу. И мне было плохо, потом Платон бегал за тестом на беременность. Улыбаюсь. Кажется, так давно это было. В прошлой жизни. Я тогда ещё не замечала своего счастья. Чувствовала себя бедной девочкой, которой изменил муж и у которой не сложилась жизнь. Могла ли я тогда представить, что стану через некоторое время такой счастливой?
Тихо выхожу из комнаты, иду в спальню Платона. Точнее, теперь это наша спальня.
Правда, вдвоём мы ещё в этой комнате не спали. Помню только, как я от переизбытка гормонов хотела к нему прибежать среди ночи.
Сейчас понимаю — никакие это были не гормоны. А просто я тогда в него влюбилась, но отказывалась это признавать. Потому что так не принято в обществе: начинать новые отношения сразу после развода. Не принято влюблять в брата мужа.
Ложимся с Платоном в постель. Знаю, что он после долгой дороги сильно устал. Да я и сама валюсь с ног, но поговорить по душам перед сном все равно хочется.
Обнимаю, кладу свою голову ему на грудь и спрашиваю:
— Помнишь, как я спала в соседней комнате, через стенку? А теперь там спит наш сын.
— Конечно, помню, я места себе не находил, хотел прийти к тебе ночью, — говорит и целует меня в лоб.
— Хорошо, что сейчас мы спим вместе, — улыбаюсь я. А потом неожиданно даже для самой себя говорю:
— Все, я готова ко второму.
Платон приподнимается и внимательно смотрит на меня сверху.
— Правда? — спрашивает и наклоняется ниже.
— Конечно.
Платон целует меня. А я думаю, что вдруг опять с первого раза все получится? Интересно, кто у нас будет на этот раз? Девочка или мальчик. Да, слишком забегаю вперёд.
Платон через несколько минут вообще заставляет меня забыть, о чем мы говорили. Я думаю, что он и сам забывает, что мы сейчас «делаем второго». Скорее, мы наслаждаемся, отдавая себя друг другу и получая взамен — сладкое удовольствие.
***
Виолетта
— Наконец, вся семья в сборе, — говорит свекровь.
Тошно слушать. Жили хорошо без них, теперь все радуются. Чему?
Приехали, столкнулась с ними у самой калитки.
Ира встала как вкопанная, не даёт пройти.
— Привет, Виолетта, как поживаешь? — вместо неё вставил слово Платон.
Пришлось улыбаться и делать вид, что я жутко рада их приезду.
Конечно, я не рада. Мне тошно на это смотреть. Почему я себя ощущаю обманутой?
Все ведут себя так, как будто раньше ничего и не было. Андрей непринужденно общается с братом.
