Чем ты лучше меня?
Виолетта так проникновенно говорит, искренне, глаза у нее горят каким-то непонятным огнем, что я и сам задумываюсь. Чем же я лучше? Может, мы, правда, похожи в своей страсти к тем, кого любить нельзя?
Спрашиваю у неё:
— Ты, правда, любишь Андрея?
— А ты думаешь я просто так с ним? Андрей — моя первая любовь, ещё когда мелкой была, думала, что, когда вырасту, будем вместе. Вот выросла и мы будем вместе. И ребёнок от него у меня, хотя быть не может такого. Это все знак свыше. Я ему предназначена!
Слушаю ее и не могу поверить.
Виолетта и любовь, верность как-то не вяжутся друг с другом. Какие чувства у меня к Ире всегда были. А какие у неё к Андрею. Не хочется сравнивать. Я просто сижу и молчу. Виолетта мечтательно улыбается. А Андрея все нет.
К нам подходит медсестра.
— Извините, вы Ладыгин Платон, заказывали ДНК-тест? Вас заведующий хочет видеть.
Это странно, я не знаю заведующего, но встаю и без вопросов следую за медсестрой.
Она провожает меня до кабинета и открывает дверь.
Я прохожу.
В кабинете меня встречает приятный наружности врач преклонного возраста, в круглых очках и почти лысой головой. Говорит мне:
— Присаживайтесь.
— Извините, а мы разве знакомы? Может, вы с кем-то меня перепутали? Мы пришли сюда просто сдать анализы…
— Тест ДНК на отцовство?
— Да, верно.
— Садитесь. Сейчас объясню в чем дело.
Я сажусь в кресло.
Врач начинает спрашивать:
— Кем вам приходится Ладыгин Андрей?
— Это мой брат.
— Он только что мне звонил и предлагал большую сумму денег для подделывания результатов теста.
Я не верю своим ушам.
Не знаю, что ответить. Неужели мой брат совсем потерял голову?
Заведующий продолжает:
— Все разговоры записываются, естественно, я отказал бы ему в любом случае. Скажите, вы сами разберётесь с этим вопросом или мне стоит привлечь полицию?
— Нет, извините нас, мы разберёмся с этим сами.
Я возвращаюсь к Виолетте, она все ещё ждёт на прежнем месте. Взгляд у неё теперь грустный. Спрашивает:
— Андрей не собирается приходить, да?
— Видимо, нет.
— Как жаль, что я не смогу никак подтвердить его отцовство.
Мне тоже жаль, если честно. А потом в голову приходит идея:
— Давай ты сдашь, но сравним с моей кровью.
— И что это даст? — недоуменно спрашивает Виолетта.
— Как что? Если твой ребёнок от Андрея, то будет родство со мной. Не знаю, наверное, 50% процентов или больше…
— Точно! Спасибо, Платон, — она подскакивает и обнимает меня.
