Измена. Я отыграюсь! (СИ)

Была и остаюсь! Не он, а я! Он вопил, что давно хотел ребенка, а я все никак; что с другой он от безысходности, потому что он тоже человек и хочет уважения и тепла, которого от меня ему было никак не дождаться; что ему со мной тесно и душно, а он натура творческая и ему воздуха надо и полета.

От этого всего навалилась еще и усталость. Застарелая и тяжелая, как гробовая плита.

— Тебе не воздуха всегда было надо… Максинька. Ты хотел квартиру побольше, машину покруче и в отпуск не в твой родной Мухосранск, а на Лазурку.

Такой полет, да, тебя всегда очень интересовал. Причем, желательно, первым классом. И вот об этом, в отличие от желания завести малыша, ты мне говорил регулярно… И при этом ни черта не делал, чтобы на это все заработать. Я ж предлагала: бери на себя бизнес или хоть помогай мне.

— Я человек искусства. Мне скучны эти твои торгаши, фуры, поставки и прочий план по валу…

— Ах скучны?! Ну тогда бери свои манатки, эту твою… — тут я ткнула в сторону мужчиной любовницы.

— И валите отсюда. На развод подам сама. Можешь не утруждаться. Ключи только оставь. И от квартиры, которую я купила на свои очень скучные заработки, и от машины, которая появилась у тебя тем же путем!

— А вот тут я бы на твоем месте особо не наглел, — став вдруг очень спокойным и как-то сразу абсолютно чужим, заявил Макс. — Все это, дорогая моя Леночка, с точки зрения закона — совместно нажитое имущество. И квартира, и обе наши с тобой машины, и деньги в банке, и даже твой чертов любимый бизнес!

— Ты мне изменил…

— Ну так и что? С каких пор этот факт стал способен хоть как-то повлиять на финансовую сторону развода?

Глава 2

Глава 2

Это было… тяжело.

Мягко говоря. Настолько, что даже в моем выносливом, служившем мне до этого верой и правдой, на многое согласном организме что-то сбилось, засбоило, наглядно показывая, что «самых крепких в мире гвоздей» (или как там у классика?) из меня наделать не получится — не железная я ни разу…

Нет, я всегда считала себя человеком сильным.

Да и с иным характером в бизнесе не выжить. Но тут… Тут удар попал в самое чувствительное. Не рабочее, а личное. Да и прилетел, откуда я никак не ждала. У нас же все было хорошо! Да, в последние несколько месяцев на работе действительно приходилось дневать и ночевать. Времена настали тяжелые, бизнес еле выживал, и я тянула его, надрывая жилы."

"Но мне казалось, Макс это отлично понимает, я ж ему все рассказывала, делилась всем.