Измена. Я отыграюсь! (СИ)

Продавец кивал то ли иронично, то ли уважительно, а потом предложил самые удачные с его точки зрения варианты и вообще сделал все как надо. Так, что в итоге я ушла из салона, неся в глухом крафтовом пакете полный комплект эротического белья для мужчин, охочих до всяких там ролевых игр.

Лицо держала до последнего. До того самого момента, как захлопнула дверцу, завела мотор и тронулась с места. Господи! Как же все это было дико смешно! Настолько, что всю дорогу до дома я периодически принималась подхихикивать. А потом, уже паркуясь, вдруг осознала, что уже очень давно столько не смеялась, не пылала такими разными по своему спектру страстями, не горела злостью, стыдом и негодованием, не предвкушала отыгрыш и месть… И, если продолжить начатое и быть с собой честной совсем уж до конца, так ярко не кончала, мастурбируя на совершенно определенные фантазии.

Остаток воскресного дня я валялась на диване, читала с планшета все-таки купленный любовный романчик со словом «Измена» на обложке, вслух ругала сначала мудака-героя, а после и дуру-героиню, которая его в конце концов простила и приняла назад, ну а после нежилась в ванне с пеной.

Восхитительнейшие, абсолютно, как выяснилось, забытые ощущения! Все-таки ломовая лошадь — совсем не та роль, к которой стоит стремиться даже очень современной и очень самостоятельной женщине. Даже если у нее свой бизнес на грани краха. Даже если она в разводе… Тем более, если она в разводе!

Глава 21

Глава 21

В семь утра офисная высотка СДС-холдинга была еще практически безлюдной — разве только охранник на входе и уборщицы в коридорах.

Еще один охранник, на этот раз не в форме, а в строгом костюме, проводил меня ленивым взглядом, когда я вышла из лифта на верхнем этаже, а после направилась, помахивая своим пакетиком из секс-шопа, в сторону приемной Стаса Смирнова. Был предупрежден? И сомневаться не приходилось. Иначе фиг бы меня кто допустил «до тела».

Опять подкатил нервный смешок: до тела! Ага! Которое вот-вот окажется в полном моем распоряжении.

Стас обнаружился за своим рабочим столом, и я, обрадовавшись этому, протопала к тому самому креслу, где давеча меня поимели, и уселась в него, закинув ногу на ногу. Стас проследил за мной ироничным взглядом, пожелал мне доброго утра и замолчал, отдавая дальнейшее на откуп мне. Сдерживая трепет предвкушения, я для начала предложила ему запереть дверь его кабинета на ключ — все в строгом соответствии с тем сценарием, который отыграл на мне в свое время Стас.