Расследование по горячим следам выявило следующее: начитавшись любовных романов, где героини сплошь и рядом снисходили до прощения неверных мужей, эта юная глупышка решила помочь Максу, который позвонил в офис, чтобы узнать, где я теперь обретаюсь.
— Юль, он трахнул какую-то левую бабу прямо на нашей с ним кровати! Он обрюхатил ее, пардон за мой французский, и у них вот-вот родится ребенок, в то время как я своего потеряла! Он во время развода зубами вцеплялся в каждый совместно нажитый рубль, и вы все чудом не остались безработными, потому что из-за тех кренделей, который он выписывал, наша компания едва не обанкротилась.
Он оставил меня на улице, лишив даже части квартиры, деньги на которую мы ни фига не совместно зарабатывали, а все оплатила я, и теперь живет там с той самой беременяхой. Ты, вообще, о чем? О каком прощении может идти речь?!
— Я хотела как лучше, — ныла Юлька и только сопли размазывала.
Ну что? Пришлось ее простить, потому что, в отличие от Макса, она прощения как раз вполне заслуживала.
Действительно же не по злобе… Так что после, когда весь остальной офис тоже успокоился и вернулся к работе, я поставила цветы в вазу и отнесла их Юленьке на стол в качестве компенсации за слезы. А потом вернулась к себе за аквариумную офисную перегородку и в очередной раз вспомнила то, о чем думала уже не раз и даже не два: все то время, пока я строила козни против Стаса Смирнова, а до того проигрывалась ему в пух и в прах и оплачивала долг своим телом, я ведь ни разу даже не вспомнила о долбаном Максе!
Нет, вру: вспоминала, конечно.
Но при этом не страдала! И не мучилась неразрешимыми вопросами идиотского формата «простить иль не простить». Он оставался где-то на обочине или вообще в кювете моей новой жизни формата «без него». И настроение у меня, хоть и было иногда далеким от безоблачного, упадническим никто бы точно не назвал! Все это время, которое могло стать для меня абсолютно, мертвенно черным, я, наоборот, жила! Жила полной жизнью, играя в очень странные, но очень яркие и откровенно возбуждающие игры с мужчиной, который… Нет, я по-прежнему считала, что он не из числа тех, кого я могла бы назвать мужчиной моей мечты, но зато он обладал одним важнейшим свойством: его финты и экзерсисы заставляли меня бороться и интриговать, а не лежать и подыхать от тоски.
