Кровь приливает к голове, до боли в висках. Но паники и страха нет. Всё внимание на дороге. Концентрация на пределе. Выполняю привычные манёвры, благо дорога мне хорошо знакома. На подсознательном уровне уже всё прописано, даже думать не надо. Только внимание."
"Да и с машиной своей я срослась уже давно. На слух её чувствую, глаза не нужны. Сколько раз муж мне пытался купить что-нибудь посолиднее, как он выражался, но я свою малышку люблю. Да и без надобности мне солидная машина. Я никуда особо и не ездила. Только по городу.
Даже к родителям он меня с водителем отправлял. Иногда правда я своевольничала и гоняла сама, когда он был в отъезде. Ругал он меня всегда за это, если узнавал. Типа опасно же ехать по трассе. Волнуется он. Гад!
Еду с превышением, но мне везёт — ни машин, ни людей в это время особо нет.
Он не должен за мной поехать. Не должен. Не будет за мной бегать. Зачем я ему с такой-то скамейкой запасных?
Но хочется уже побыстрее доехать до места и сесть в автобус, а лучше — в самолёт.
Ехать совсем недалеко и в обычные дни я хожу на работу пешком — люблю прогуляться.
С чемоданами же далеко не убежать.
На въезде на стоянку филармонии, звоню Венеру, чтобы помог мне разобраться с багажом.
Дружу с ним практически с первого дня моей работы здесь. Своеобразный он конечно, манерный весь такой. Но у нас вообще нормальных мало. И в отличии от многих других — нормальных, он мне никогда не гадил из-под тишка, и никогда меня не подводил. Всегда за меня заступался.
— Ну слава яйцам! — разливается его манерный голос в динамике, раньше чем я что-либо успела сказать.
— Динарочка, ты меня чуть до инфаркта не довела. Ты что творишь вообще. Я тут уже успел все трусы и чайники твои концертные в баулы покидать. А тебя всё нет. Ты за что так со мной?
— Разгрузиться помоги, — перебиваю его тираду…
— Должна будешь
Бросаю трубку и встаю рядом с автобусом, где уже все собрались. Гул стоит такой, что разобрать ничего невозможно. Тут и артисты и провожающие, орут все. Никто не обращает на меня внимания.
Все заняты своими делами, кроме администратора, с которой я не жаждала встречи сейчас, совсем. Надеялась, что пронесёт. Но нет, — не пронесло.
— Фомина, чтоб тебя, — орёт она своим зычным басом, — ты что творишь вообще? Венер тут за тебя, можно сказать, голову на плаху положил, а ты звезда такая, шляешься где-то, подводишь нас всех.
Гул затих и все с интересом уставились на меня.
В обычное время я бы струхнула и быстренько извинилась, но сегодня мне всё равно.
