Я фыркнула…
— На себя в зеркало давно смотрел? — ткнула со всей силы его кулаком в плечо и чуть руку не отшибла, — блин! — замахала ладошкой — у тебя там что, кирпич?
Он засмеялся и поиграл на публику мышцами под рубашкой.
Забыла совсем, что у наших мужчин-стройняшек, мышцы каменные. Лёха так вообще, как оказалось, из балетных, об него можно иголки ломать.
— Дина, — подтянулся Венер, — ты что забыла сколько нам вас за день таскать на себе приходиться? Убить нас можно только выстрелом в зад, да и то в расслабленном состоянии.
Хочешь попробовать? Я расслаблюсь. Разворачивается ко мне спиной.
— Да ну вас, — я отвернулась. Надоели. — Продолжайте давайте свои высокохудожественные размышления.
Достали уже меня сегодня своими обсуждениями таблеток для нейтрализации запаха кала: вот нет ли тут у японцев таблеточек, чтобы проглотил и туалет потом розами благоухал или сакурой, в зависимости от того, что девушка предпочитает. Придурки.
Демонстративно отвернулась от них. Сижу, глазею на всех…
Девочки все быстренько разбежались после выступления и нашли себе собеседников.
Зубайда тоже куда-то ушла. Эти двое дико увлечены насущными темами. А одной мне неудобно разгуливать.
Нас очень тепло сегодня приняли. Я не ожидала, что суровые бизнесмены и мотогонщики, а мероприятия было именно по случаю, то ли презентации нового мотоцикла, то ли по случаю какой-то мотоциклетной победы, так тепло примут лирический танец. Может им легенду рассказали перед выступлением, говорят, они очень сентиментальны.
В подробности я, конечно, не вникала. Просто не успела, хоть и дико интересно мне тут всё. Но времени пока просто не было. Я ещё и не готовилась к этой поездке.
Еле проснулась сегодня. Кажется, организм сказал — хватит и отключился. Венер меня с трудом растолкал утром. Так расслабилась в источниках, что ползком до лежака доползла. Все прелести местных туалетов, я естественно, не рассмотрела. Но уже столько наслушалась про них с утра, что уже ничего и изучать не надо, сама могу кого угодно просветить.
Этого мужчину я заметила во время выступления, когда поднимала глаза. Каждый раз, когда поднимала глаза, а в этом танце мы их поднимаем всего три раза, вот каждый раз он на меня и смотрел.
И сейчас сидит и смотрит.
Отодвинулась. Прячусь за парней.
— Дин, смотри, вон тот узкоглазый на тебя весь вечер пялится, — практически один в один повторила мне фразу, появившаяся из неоткуда Зубайда.
