Подумать только, пятнадцать лет вместе, а каждый раз его голос заставляет чувствовать слабость в коленях…
Стоит мне спуститься на первый этаж, мои ноги тут же стягивает крепкая хватка детских ручек. Сын утыкается лицом в подол платья, а после поднимает на меня глаза.
– Мам, ты такая красивая! – восхищенно восклицает Даня, и его восторженный взгляд лучший комплимент из всех возможных.
Я приседаю и обнимаю свою кроху, а когда я смотрю в его папины глаза, голова кружится от любви.
– Мам, а когда мы пойдем в кино? Ты же обещала…
Сын дует губки, выглядя таким опечаленным.
– А разве вы не ходили с папой, когда я была в командировке? Я ведь покупала билеты, и поручала ему сводить вас на мультфильм.
– Нет, папы все время не было дома, когда ты уезжала. Мы постоянно гуляли с няней в парке, а мне там так надоело… – вздохнул расстроено Даня.
Странно, я ведь была в полной уверенности, что Паша провел прошлую субботу с детьми.
– Ну хорошо, тогда завтра вечером мы идем в кино, – подмигнула Дане, потрепав темную копну пушистых волос.
– Обещаешь? – улыбнулся мечтательно.
Притянула его к себе и поцеловала пухлые щечки.
– Будь умницей и слушайся няню.
Сын с готовностью кивает.
– Только вы приезжайте скорей! Папа обещал показать мне на своем ноутбуке игру!
***
Все, что я вижу, когда выхожу за ворота – черный «Мерседес» и облокотившийся о его капот Паша.
На муже строгий костюм и обтягивающие брюки, в которых его длинные ноги кажутся просто бесконечными. Приталенный пиджак на его широких плечах сидит как влитой.
За время моей командировки он подстригся, и сменил прическу, теперь его волосы разделены ровным пробором сбоку, и уложены на одну сторону.
Паша курит, и это единственная дурная привычка, от которой мой муж не может избавиться с юности. Но когда я смотрю на то, как его смуглые пальцы подносят к губам сигарету, как его брови хмурятся, когда он задумчиво затягивается никотином, в голову приходит мысль, что и вредить своему здоровью у него получается сексуально и маняще.
Хотя, если задуматься глубже, то становится ясно, что мой муж погряз в плохих привычках… Ведь когда нам было по девятнадцать, наши отношения были запретными и тайными. Нежелательная пассия, по мнению его родителей, испортила ему жизнь… С самой юности и по сей день, я его самая главная вредная привычка.
– Так и будешь стоять и смотреть? – он затушил сигарету и выбросил окурок в урну, а когда муж вернул ко мне взгляд, на его губах искрилась улыбка.
