Или же… не оставит здесь, в темноте, вечным узником? Закарий помнил, что пока они шли по длинным коридорам, то не видели ни одной живой души. По коже побежали колючие мурашки.
– Знаю, – отрезал Альберт, резко разжимая пальцы, будто даже отталкивая от себя. – Именно поэтому не использую что-то из того, что оставили здесь палачи. Но подумай о том, какие большие эти подземелья. Как ты можешь исчезнуть здесь навсегда. И никто и никогда не узнает, куда пропал молодой лорд Дэвлин. Разве что пара стражников, которым я прикажу иногда швырять тебе кусок хлеба.
Интересно, как быстро ты забудешь, что такое солнечный свет?
Альберт прошелся из угла в угол, остановился у стены. Закарий сразу не заметил, что там, в тени. А теперь, когда разглядел, ноги ослабели от страха. На грубом камне были вывешены орудия, от которых бросало в дрожь. Альберт задумчиво провел пальцами по черному кнуту, свернутому в несколько колец, как змея. А затем повернулся, подходя ближе уже иначе. Не чеканным жестким шагом, а пластичной походкой хищника.
Да и голос изменился под стать, стал мягким, текучим, как отравленный мед:"
"– Закарий, теперь, когда ты все знаешь, то должен понимать, насколько мне сейчас нужны верные люди. Те, кому можно доверять. Я могу на тебя положиться?
– Конечно, мой принц! – чересчур пылко выдал испуганный Закарий, а затем поежился. – Но неужели… Вы и вправду… задумали провернуть такое?
– Задумал, – обрубил Альберт. – Мое место – на троне Эрлая. И я его получу.
Он надменно вздернул подбородок, а Закарий вздохнул.
Пусть Альберт затащил его сейчас в подземелья и запугивал. Пусть унизил там, при Раймоне, но… Закарий помнил, что видел от принца и много хорошего. Когда Альберт приблизил к себе именно его, не самого родовитого, не самого богатого аристократа. Когда добывал приглашения на приемы для лучших из лучших. Когда даже давал денег, чтобы Закарий мог купить золотую подвеску для понравившейся аристократки, или одалживал свою роскошную карету, чтобы впечатлить эту барышню.
Альберт мог, мог быть неплохим другом! Но каким же страшным он становился врагом. Закарий схватил его за руку, голос прозвучал слишком звонко, надрывно, словно в мольбе одуматься:
– Это опасно! Вы можете погибнуть! Если король хоть что-то прознает…
– Но он же ничего не узнает? Не от тебя, по крайней мере. Правда, мой верный лорд? – усмехнулся Альберт, по-свойски взъерошивая его рыжие волосы, словно несмышленому ребенку. – Не спеши с ответом.
