Это как-то связано с твоим мужем?
– Да, пап, – я обняла его крепче, пытаясь спрятаться от будущей правды, что я скажу. Мне она и самой не нравится, – кажется, у меня развалился брак.
Глава 11
Папа слушал меня до глубокой ночи, я эмоционально вспоминала все события, вытирая набегающие слезы, вновь переживая их. В какой-то момент перестала беспокоиться о том, что и папа может расстроиться и просто вылила не него все, что скопилось на душе. Не было у меня больше никакой отдушины, кроме него.
И папа не поставил мои слова под сомнение, как брат, не встал на сторону Максима, чего я больше всего боялась.
Я даже переспросила его на всякий случай.
– Ты моя дочь, как я могу быть на чьей-то стороне, кроме твоей? – он поднял мой подбородок и стер остатки слез с щек. У меня задрожали губы от таких слов, а в груди разлилось тепло. Я уткнулась в него, вздыхая с облегчением. – Скажи мне только одно, Ева, – позвал меня, дождавшись, пока я проревусь, – хочешь ли ты, чтобы я вмешался и наказал твоего мужа?
– Я не знаю, – мне осталось только честно пожать плечами.
В глубине души я, наверное, хотела, чтобы он за меня отомстил, невзирая на лица.
– Я всю жизнь учил вас быть самостоятельными, а брак – это очень хрупкая конструкция из двоих людей, и зачастую, когда вмешивается кто-то со стороны, прочности у него не прибавляется. Скорей наоборот. Нас с твоей мамой не один раз пытались развести ее родственники своей «помощью».
– Ты никогда не рассказывал.
– Не было повода. В любом случае я проведу чисто мужскую профилактическую беседу с Максимом.
А еще с твоим братом, чтобы он не забывал, за кого он в первую очередь отвечает. Не были бы такими здоровыми лбами, прописал бы им ремня. Но боюсь, такие методы уже не действуют на мужиков за тридцатник, а если увлекусь по-взрослому и зашибить могу.
– Спасибо, – улыбнулась я, понимая, что он шутит. Надеюсь. – Давай так, чтобы потом не пришлось ехать ночью в лесополосу с лопатами и двумя мешками.
– За мое солнышко я всех порву! – он игриво чмокнул меня в лоб и потрепал волосы на макушке.
– Ты лучший!
– А если серьезно, – он вновь посмотрел на меня пронзительно, – я не хочу своим строгим отцовским наказом влиять на вашу с Лешкой судьбу. Она должна быть в ваших руках, вы уже взрослые люди и отвечаете за самих себя, а еще за свою половину. Во всех семейных проблемах чаще всего виноваты двое, и тебе следует внимательно присмотреться к тому, что происходило между вами последние месяцы. Здесь я не могу дать тебе четкий рецепт.
