Однако вскоре на экране высветился мамин номер. Точно, я же собиралась ей позвонить.
— Привет, моя хорошая, как ты?
— Привет, мам, как раз хотела тебе звонить.
— Я тут новости прочитала…
— Да, к сожалению, Матвей решил максимально уделить внимание нашему бракоразводному процессу.
— Знаешь, Полина, я до сих пор думаю, как за всё время мы не смогли рассмотреть его гнилую душу. Это же просто уму непостижимо. Выставить подобное напоказ. Ты читала эти статьи?
— Парочку…
— Не читай, оно тебе не нужно. Что говорит твой начальник?
— Что я буду весьма состоятельной разведённой женщиной, — мрачно пошутила я.
— А знаешь, так и надо! — как-то преувеличенно бодро сказала она.
— Да не нужно мне от него ничего!"
"— Полина, детка, я знаю, что ты у меня хорошая девочка. Но тут я, пожалуй, поддержу его. Не нужно тебе — потрать на благотворительность, но не стоит так великодушно ему всё оставлять. Он и так из штанов выпрыгнет, чтобы тебе ничего не досталось. Не упрощай ему жизнь.
— Хорошо, мам, я подумаю.
— А нечего и думать. Ладно, не буду тебя отвлекать. Держи меня в курсе, хорошо?
— Конечно. Пока.
Слова мамы зародили сомнения в отношении моего желания ничего у Матвея не забирать. И пусть мне эти деньги не принесут блага, все же я смогу помочь другим. С этими мыслями я вдруг успокоилась. Не получится, значит, не моё, а если моё — тогда сделаем доброе дело.
Время до вечера пролетело незаметно. Антон проводил меня до дома, помогая избежать лишних встреч с журналистами, а сам уехал по делам.
Как он сказал: «ускорять процесс». В квартире никого не было, Антонина Николаевна куда-то ушла, и я позволила себе немного расслабиться.
Мне не хотелось больше ни с кем обсуждать свой предстоящий развод, хотя я прекрасно понимала, что в данный период — это самая животрепещущая тема. Вечером Антон так и не вернулся домой, поэтому спала я одна, и очень плохо. Снились какие-то серые мрачные картинки. Толком их и не запоминаешь, а вот послевкусие оставляют неприятное.
Следующие пять дней пролетели однообразно: Антон отвозил меня на работу и уезжал.
То же самое повторялось вечером. И я понимала, что он старается сделать всё, чтобы найти доказательства вины Матвея, но меня это вынужденное одиночество угнетало.
В день икс ко мне в приёмную зашли несколько человек в деловых костюмах.
— Полина Дмитриевна, я буду вашим адвокатом на сегодняшнем заседании. Мы с помощниками внимательно изучили материалы дела и сделаем всё, чтобы суд принял нашу сторону.
