Но я часто ловила себя на ожидании, что сейчас откроется дверь, войдёт он и посмотрит на меня своим стальным взглядом. И сразу станет легче. Но никто так и не пришёл.
— Полина, кхм, ничего если я на ты?
Кивнула и посмотрела в окно, не ожидая услышать ничего хорошего.
— Термина…, в смысле Антон, очень благородный человек. Но то, что он не отказал тебе в помощи, вовсе не означает, что он примчится сюда по первому требованию. У него нет времени сидеть и караулить тебя.
Хмыкнула, примерно такое развитие событий я и представляла.
— Не знаю, что ты задумала и зачем вообще втянула его в эту авантюру с Матвеем. Должна понимать, что так просто это теперь не закончится. У них между собой старые счёты. Сейчас каждый готов разыграть эту ситуацию в свою пользу, — мужчина поморщился и скрестил руки на груди. — В общем, я не хочу, чтобы мой друг потом страдал.
— Я не втягивала его ни в какую авантюру и, тем более не просила меня караулить, — зло посмотрела на доктора. — И вообще, не понимаю, почему он должен страдать?
— Я сказал всё, что хотел.
Антон приедет завтра, после обеда.
Доктор стремительно покинул палату, а я осталась наедине со своими мыслями.
Что же такого случилось у них с Матвеем, что это переросло в открытую вражду? Муж только упоминал, что Игнатьев его кинул, но теперь я не уверена, что всё на самом деле так. Терминатор больше похож на того, кто при любых условиях доведёт начатое до конца. Он не привык отступать. Его не пугают трудности, они словно дают ему новые возможности для развития.
А мой благоверный… Какое интересное это слово: благо и верный. Действительно ли я знала Матвея? За последние несколько дней он открылся мне совершенно с другой стороны. Как муж, он всегда был внимательным, никогда не повышал на меня голос. Мы находили компромисс при любых конфликтах. И вообще я думала, что самая счастливая жена на планете — мы ведь так любим друг друга. А что сейчас? Я не знаю. Нужно всё осмыслить. В голове такой сумбур. Кому теперь вообще можно верить?
Остаток дня прошёл в тяжёлой усталости.
Мне надоели эти стены, хотелось уже почувствовать лёгкие касания ветра и тепло солнечного света. А вместо этого меня окружал едкий запах дезсредств.
Долго не могла уснуть и утром проснулась совершенно разбитой. Последняя система, ежедневный осмотр и, наконец, УЗИ — всё прошло словно в тумане. Обед показался пресным и невкусным. А после, ко мне заглянула медсестра и принесла выписной лист, сказав, что я могу идти домой.
