Измена. Месть предателю

Но он только нагло ухмыляется в ответ:

— Скажи честно, сколько раз в день он тебя трахает?

— В с-смысле в день?.. — теряюсь я. — Т-то есть… это не ваше дело!

— Оф, значит дай бог раз в недельку?

У меня глаза на лоб лезут от его непроходимой наглости. А он продолжает:

— Что, в месяц? — осуждающе качает головой, усмехаясь с собственных мыслей. И поднимает на меня свой темный взгляд исподлобья. — А ты-то девочка горячая. Так сочишься, что мне после тебя полотенце выжимать пришлось. Я бы тебя на завтрак, обед и ужин ебал.

— Да прекратите вы немедленно! — прикладываю ладони к горящему лицу и с облегчением замечаю, что машина наконец заворачивает к моему подъезду. — Спасибо, что подвезли! Всего вам доброго!

Едва ли не на ходу выскакиваю на улицу и бросаюсь к подъезду, надеясь, что в этот раз он меня не поймает.

Наспех нащупываю в кармане ключи. Дрожащими руками прикладываю «таблетку» к домофону и прячусь за спасительной дверью, помогая этой ленивой железяке поскорее закрыться.

Ну все. Я спасена! Я в безопасности!

Боже, спасибо! Спасибо!

Довольная мчусь к лифту. Вхожу, нажимаю кнопку своего этажа и мой энтузиазм от спасения тут же угасает… Ведь теперь меня отделяет всего пара этажей от новой опасности.

Сердце снова сжимается от боли.

Даже не представляю, как в глаза ему смотреть. Была бы моя воля, я бы и вовсе больше никогда не вернулась в нашу квартиру, лишь бы не встречаться с ним.

Ноги подкашиваются, когда двери лифта открываются на моем этаже. Шагаю дрожа всем телом. Ключи позвякивают в руке — настолько меня трясет.

Вставляю их в замочную скважину. Пытаюсь провернуть. Не идет.

Сукин сын, назло не вытащил ключ, чтобы я сама войти не смогла.

Жму на звонок. И тут же слышу суету за дверью. Но потом затишье. Стопудово стоит и в глазок смотрит, пес. Проверяет одна ли я пришла.

— Слава, открывай! — в бешенстве дергаю ручку. — Я одна.

Длинный нос мужа показывается в проеме. И почему я раньше не замечала, что у него крысиный профиль? Любовь слепа.

— Явилась? — бросает он с претензией, убедившись, что рядом со мной никого нет.

Боже, какое сыкло! А ведь для меня мой муж всегда был самым-самым, я его чуть ли не обожествляла. Теперь же испытываю к нему только омерзение.

— Пропусти меня, — прошу, дергая дверь.