Поэтому осторожно приоткрыв дверь, выглядываю в коридор. Замечаю официантку, которой нагрубил Артур. Она-то мне сейчас и нужна как никто другой!
— Псс, — привлекаю ее внимание. — Девушка! Можно вас…
Она удивляется, но подходит:
— Могу вам чем-то помочь? — вежливо спрашивает она.
— Да, пожалуйста. Понимаю, что моя просьба может показаться странной, но… Можете вывести меня из ресторана через служебный выход?
Она непонимающе хмурится:
— Простите?
— Понимаете, мне нужно сбежать от того мужчины, с которым я сюда пришла, — выкладываю как есть.
— А вам ведь тоже не помешало бы наш столик к приходу резерва освободить, верно?
Она кивает только, но все еще смотрит на меня, как на умалишенную.
— Вот, и вы заодно этому гаду за грубость отомстите, если мне поможете, — я подмигиваю ей дружелюбно.
Не долго раздумывая, девушка согласно кивает:
— Идите за мной!
Моя спасительница уводит меня по длинному коридору вглубь заведения. И я просто ликую, что мне удалось вот так легко придумать выход из сложившейся ситуации.
Правда я еще пока не представляю, как буду прятаться от него дальше. Бросать все и куда-нибудь в деревню валить? Может за границу? На луну? Документы поменять? Личность? Пластику сделать?! Как мне дальше-то от него скрываться?!
Паника отступает, когда официантка приводит меня к небольшой двери в самом конце коридора:
— Входите, — кивает она.
— Эт-то выход? — с сомнением спрашиваю я.
— Нет. Это подсобка. Дело в том, что служебный выход у нас через кухню.
Если я вас там проведу, то меня попросту уволят, — она разводит руки, будто извиняясь. — Так что вы пока просто подождите здесь. Этой каморкой обычно никто не пользуется, так что вас не обнаружат. А я пока пойду скажу вашему спутнику, что вы ушли. И вы тогда беспрепятственно сможете выйти из ресторана через парадный вход.
У меня от благодарности даже слезы на глаза наворачиваются:
— Спасибо, — шепчу я и юркаю в крохотную подсобку.
Боже, спасибо! Спасибо!
О том, как быть дальше я подумаю чуть позже.
Как только выберусь на свободу!
Глава 36
В каморке темно и немного душно. А еще хочется писать. Но я не рискну выйти, пока моя добрая самаритянка не вернется за мной.
Прижимаю к груди телефон, сомневаясь не включить ли фонарик или не стоит тратить батарейку. Что за детский сад. Я могу постоять пять минут в темноте. Ничего со мной не случится.
Но проходит пять минут. Затем десять и мне уже становится не по себе.
