Поэтому я пока ограничилась одной машиной Максима, потому что если бы я к нему подошла, то слово за слово, и ему бы пришлось применять свои хирургические навыки, но исключительно на себе. Если он вообще не забыл, как это делается.
А то я смотрю Максим совсем расслабился, живёт и ни в чём себе не отказывает. По-моему, так поступают только слабаки, севших на шею своих жён. И вот какой из него хирург? Для меня слово «врач» всегда таило некую силу и я представляла себе непоколебимого мужчину или женщину, которые знают, чего они хотят, и действуют чётко и прямолинейно.
А Максим, судя по его нежеланию развестись со мной и построить счастье с рыжей любовницей, просто ничтожество.
С трудом утихомирив Дашу, которая от злости опьянела не хуже чем от вина и требовала назвать адрес голубков, я вдоволь насмеялась с её разнообразных вариаций на тему «как отомстить изменнику», после чего пожелала ей спокойной ночи и пошла в душ. Сейчас мне хотелось смыть с себя весь негатив и успокоиться, а то такое нервное возбуждение вряд ли пойдёт мне на пользу.
Вот только успокоиться было очень тяжело.
У меня в голове накрепко засела картинка, что попавшийся на горячем муж обязан ползать у ног жены с цветами в зубах и вымаливать прощение, а мой что-то не звонит и не пишет. А жаль, я бы послушала, как же он будет передо мной оправдываться и врать, чтобы заставить меня его простить. Наверное, ему сейчас банально не до меня и он во всю развлекается со своей любовницей. Но ничего, деньги закончатся и он сразу же вспомнит или обо мне, или о работе.
Спать я ложилась с тяжёлой головой. И уже засыпая подумала о том, что надо будет вышвырнуть вещи Максима, поменять замки на квартире, поговорить с няней Никиты, чтобы она его не впускала, а то вдруг ему в голову придёт мысль взять то, что ему не принадлежит, а ему тут мало что принадлежит. Короче говоря, дел невпроворот. Но это будут крайне приятные дела, которые заставят Максима понервничать.
А ещё надо будет найти юриста. Я буду тряпкой, если позволю Максиму при разводе как-то на мне нажиться.
Хватит. Я и так довольно долго была слепой дурой, так что больше не позволю ему засунуть руку в мой карман.
Проснулась я на удивление бодрой, даже раньше будильника, так что не сомневаясь, что день пройдёт хорошо, я сладко потянулась, правда испытав лёгкий диссонанс, когда взгляд упал на пустую половину кровати и пришло осознание, что всё, рядом со мной больше никто не будет лежать. Точнее будет, но не Максим. А всё-таки это так странно.
