Измена. Мы больше не твои

Аборт делать было поздно…

Меня передергивает, стоит представить, что Артема, а значит, и моих девочек могло не быть. Но ничего не говорю. Боюсь, что мама может прервать рассказ."

"Меня не оставляет ощущение, что я узнаю что-то сокровенное. Что-то личное. Что-то, что я должна была узнать раньше.

Обида и вина обжигает изнутри.

Артем сам не захотел передо мной открыться. Хотя я могла бы и спросить.

Не могу сказать, что не пыталась за все эти годы обсудить с мужем прошлое. Пыталась, вот только, когда он пару раз ушел от разговора, сдалась.

Переживала, что Артем окончательно закроется, а я его потеряю, и, видимо, совершила одну из главных ошибок в жизни.

— В общем, — голос мамы проникает сквозь пучину мыслей, — Леня поступил правильно, сделал предложение Раисе. У нее не осталось выбора, и она согласилась, — вздыхает. — Брак нельзя было назвать счастливым. Склоки, скандалы, измены с обеих сторон — чего только не было в их семье. В итоге, эти двое возненавидели друг друга. А страдал больше всех ребенок, — грусть заполняет взгляд мамы.

— И закончилось все тем, что Артем услышат от матери, как она его не хотела, — в ее глазах мелькает злость. — А потом вовсе ушла и не вернулась.

Чувствую себя… растерянной.

Тело немеет, а желудок скручивается.

Такое чувство, что я услышана собственную историю, только произошедшую в прошлом и с некоторыми корректировками.

На меня не давили, чтобы я вышла замуж. Я любила Артема, поэтому согласилась, хотя знала, что он женится на мне только из-за беременности.

В остальном многое сходится. Главное то, что за годы брака мы с Артемом остались друг для друга чужими, так же как и Леонид с Раисой.

Но вот, чего мне никогда не понять — так того, как можно ненавидеть собственного ребенка. Малышки — свет и радость моей жизни. Любовь к ним заполняет каждую клеточку моего тела. Страшно даже представить, что я могу их потерять.

У меня в голове не укладывается, как можно не любить своих детей?

— Откуда ты все знаешь? — спрашиваю обесцвеченным голосом, от напряжения мышцы начинают ныть.

— Помнишь, как Леня однажды перебрал на шашлыках? — хмыкает мама. Киваю. — Вы с Артемом тогда пошли девочкам сказку на ночь читать, а у Лени развязался язык. Думаю, ему нужно было с кем-то поделиться, — мама грустно улыбается. После чего набирает в легкие побольше воздуха, медленно выдыхает и протягивает мне руку.

Моментально узнаю этот жест, пододвигаюсь ближе и сразу же вкладываю свои пальцы в открытую ладонь.