Это они нагнали черные тучи, что повисли над всеми нами. - Ткнул в Ивана.
- Иван Замойский. – Протянул мне руку.
- Замойский? Ты уверен? – процедила сквозь зубы я.
- Роман Анатольевич, можно попросить вас, проведать наших подопечных в камере? – обратился он к понурому Голицыну.
- Я вас понял, ухожу.
Как только, дверь приняла прежнее состояние, я выпалила:
- Ты врал с самого начала?! Обо всем? Господи, да ты даже имя сменил!
- А что, я должен был сказать, привет, я мент, который два года сидит на хвосте у мэра Невинска и его дружка? Так, по-твоему?
- Это по крайней мере было бы честно.
Иван толкнул тяжелый стул.
- Честно? А что ты знаешь о честности?
Я опешила от такой реакции и шагнула к нему:
- Даже прошлой ночью, ты не осмелился признаться мне. Тебе плевать на меня и на то, что я чувствую. Даже сейчас, тебе не пришло в голову, как вся эта шумиха, отразится на мне?
- Эта ночь не в счет.
- Конечно, разве может, настоящий мужчина дать слабину? Я тоже постараюсь забыть все, что между нами было и не брать это в расчет, если что случится.
У меня на лбу написано, что я дура?
Развернулась и взялась за дверную ручку. Иван остановил, подперев ногой массив.
- Дай мне возможность, все объяснить.
- Я не собираюсь, задерживаться в этом городе.
Тотчас же, резко дернула дверь на себя и вышла.
ГЛАВА 16
ГЛАВА 16
По кругу снова и снова, я прокручивала события вчерашнего дня. Город гудел от новостей, которых Невинск не видал за всю свою историю. Мэр и Серега наворотили столько, что властям долго придется разгребать последствия.
Один зашел слишком далеко в своих криминальных наклонностях. Другой, непонятно простое совпадение или взаимосвязь, попался на крупной взятке. Когда информация просочилась в СМИ, несколько девушек пожелали дать показания. Я тоже рассказала Голицыну все. Всё!
* * *Я стояла в дверях и смотрела, как Кирилл ублажал Лилю. Ее стройные ноги, обвили его талию, и она стонала так, будто это первый мужчина, что доставил ей удовольствие. В тот момент, держа в руках свою сумочку, я вспомнила, как он задерживался на работе последние два месяца, ссылаясь на рассеянную практикантку, что не может набрать документ без ошибок.
Теперь же, эта практиканта (какая ирония), безошибочно ставит печати своими пухлыми губами на теле моего мужа.
- Ой! – взвизгнула Лиля и широко распахнула глаза. – Любимый, там твоя…жена.
Я улыбнулась при слове «любимый» и развернулась, чтобы уйти. Кирилл догнал меня на первом этаже и резко остановил, схватив за руку.
